Карабахская проблема в публичных дискуссиях по Рамочному соглашению Армения-ЕС



Гегам БАГДАСАРЯН

Главный редактор журнала «Аналитикон»
Степанакерт – Ереван

 

Опубликованное в октябре с.г. Соглашение о всеобъемлющем и расширенном сотрудничестве между Евросоюзом и Республикой Армения положило начало разного рода публичным дискуссиям. В ходе дискуссий звучали оценки по перспективам сотрудничества в свете ожиданий в различных сферах, что вполне естественно, так как соглашение затрагивает реформы в политической, гражданской, правовой, экономической, энергетической, экологической, образовательной, культурной и иных сферах. Во время дискуссий, как и следовало ожидать, особое внимание уделялось карабахской проблеме.Как известно, в соглашении отмечено, что стороны признают важность принятых Арменией обязательствпо мирному и долгосрочному урегулированию карабахского конфликта и необходимость достижения скорейшего урегулирования в рамках переговоров в формате сопредседательства Минской группы ОБСЕ. Отмечается также, что урегулирование должно строиться на целях и принципах, закрепленных  в Уставе ООН и Заключительном Хельсинкском акте ОБСЕ, в частности, неприменении силы или угрозы силой, территориальной целостности государств и равноправии и самоопределении народов, учитывая также обязательство ЕС поддержать процесс урегулирования.

В экспертных армянских кругах данные формулировки обсуждались по-всякому. Был сделан сравнительный анализ с Соглашениями об ассоциации с ЕС Украины, Молдовы и Грузии и отмечена разница в политических частях. В частности, было указано, что в Соглашениях об ассоциации Грузии и Молдовы в качестве основного принципа урегулирования конфликтов отмечается лишь территориальная целостность, а о праве на самоопределение нет и речи. Между тем в случае с Арменией наряду с территориальной целостностью указывается и право на самоопределение. Более того, в соглашениях с Молдовой, Грузией и Украиной подчеркивается, что стороны привержены сохранению суверенитета, независимости, территориальной целостности и неприкосновенности границ. Тем временем в соглашении с Арменией территориальной целостности не придается приоритетного значения.

По мнению ряда экспертов, данная формулировка в очередной раз указывает на то, что подходы ЕС к карабахскому урегулированию явно отличаются от подходов к урегулированию конфликтов в Молдове, Грузии и Украине. Прозвучало также мнение, что данные формулировки создают правовые основания для официального признания Арцаха со стороны ЕС в будущем.

Но прозвучал и контраргумент – с одной стороны, ЕС признает право народа Арцаха на самоопределение, а с другой даже не пытается работать с арцахским обществом в деле становления демократических институтов, хотя это можно делать через гражданское общество РА. Эксперты не вспомнили про давно уже действующий проект EPNK, к которому подключены и арцахские НПО. Правда, данный проект нацелен на поддержку мирного урегулирования карабахского конфликта и диалога между сторонами, а не на программы развития.

А какого мнения придерживаются об этой разнице в Арцахе? Согласно превалирующему мнению, формулировки по карабахскому урегулированию в Соглашении о всеобъемлющем сотрудничестве между Арменией и ЕС преимущественно носят нейтральный характер, следовательно, нет сомнений в том, что они приемлемы для официального Еревана. Но позиция официального Степанакерта в этом смысле жестче – в связи с карабахским урегулированием принцип территориальной целостности не должен упоминаться, даже в сопровождении права на самоопределение.

Однако в Армении данный фрагмент соглашения обсуждался в более оптимистичном и позитивном ключе. Неоднократно отмечалось, что Азербайджан тоже готовится подписать соглашение с ЕС, следовательно, эксперты склоняются к мнению, что формулировки, которые вошли в текст соглашения с Арменией, будут спроецированы и на соглашение с Азербайджаном.

Однако беспокойство вызвали сомнения по поводу не выгодных с точки зрения армянских интересов формулировок по тому же вопросу в декларации, которую должны были принять на саммите Восточного партнерства ЕС, поскольку геополитическая ситуация к тому времени, в частности, не совсем удачный исход процесса суверенизации в Каталонии и Иракском Курдистане, стал хорошей подпиткой для разогрева сторонников принципа территориальной целостности. При этом отмечалось, что если принцип территориальной целостности и будет конкретизирован в применении к интересующей нас проблеме, то это должно быть сделано с применением формулировок, которые нашли место в двустороннем соглашении Армения – ЕС, принятом два года назад на Рижском саммите ВП. То есть должна быть ссылка на отмеченные принципы в рамках переговоров в формате Минской группы ОБСЕ, где принцип территориальной целостности будет совмещаться с правом на самоопределение.

По мнению некоторых, беспокойство по поводу формулировок в декларации саммита ВП было напрасным, поскольку гораздо важнее было то, что написано в Соглашении о всеобъемлющем и расширенном сотрудничестве между РА и ЕС. В конце концов, соглашение бессрочно, и армянская сторона будет руководствовать именно им, а декларация саммита может получить иные акценты, скажем, через два года – в зависимости от мировой конъюнктуры.

На пике дискуссий было обнародовано мнение внешнеполитического ведомства Армении, согласно которому позиция Евросоюза по поводу карабахского урегулирования всегда была неизменной: поддержка усилий и подходов сопредседателей Минской группы ОБСЕ. Именно так прокомментировал министр иностранных дел Эдвард Налбандян положения о конфликтах в декларации Брюссельского саммита Восточного партнерства.

Так или иначе, сомнения в том, подпишет ли Армения соглашение с ЕС в рамках Брюссельского саммита, сохранялись до последнего. Говорили также, что неблагоприятные формулировки в тексте Декларации саммита могли стать поводом для отказа Армении от подписания Соглашения о всеобъемлющем сотрудничестве с ЕС. В качестве примера приводился прецедент 2013-го года, когда, несмотря на 3,5 года переговоров, Армения неожиданно отказалась от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС.

Тем не менее дискуссии в Армении были по большей части оптимистичными, а подавляющее большинство экспертов было убеждено, что соглашение будет подписано, и неприятных сюрпризов не будет.

Так оно и случилось. И слава Богу.

 

 

Comments are closed.