50mg viagra

Могут ли Азербайджан и Грузия признать сложившийся статус-кво?

Карине ТЕР-СААКЯН
Журналист
Ереван

У каждого затяжного конфликта есть вехи, которые вспоминают тогда, когда переговоры в очередной раз заходят в тупик. Это своего рода напоминание об упущенных возможностях, несбывшихся надеждах одной из сторон. В этой связи и вспоминается десятилетие переговоров между Робертом Кочаряном и Гейдаром Алиевым в Ки-Уэсте.

На смену пришли Серж Саргсян и Алиев-младший, а конца переговорам не видно. И в 2001 году, как и сейчас, говорили о неготовности армянского и азербайджанского обществ к компромиссу, о неспособности сторон проявить политическую волю в урегулировании карабахского конфликта. И так же никто не пытался выслушать главную заинтересованную сторону – народ и власти Нагорного Карабаха. Вполне вероятно, что именно отсутствие в процессе НКР и является той преградой, которая не дает сторонам придти к соглашению. Причем, сейчас о настоящем мирном договоре уже никто не думает: все помыслы конфликтующих сторон направлены на то, чтобы потерять как можно меньше, даже не получив ничего. Посмотрим, что же на самом деле происходит.

Конфликты на Южном Кавказе, имеющие 20-летнюю историю, до сих пор ждут своего разрешения. Вернее будет сказать, что от конфликтующих сторон просто требуется одно: признать сложившийся статус-кво, несмотря на различные переговоры и Базовые принципы, которые, как оказалось, являются урегулированием с односторонним движением. В частности, это касается нагорно-карабахского конфликта, который после 1994 года стал разменной картой в игре сверхдержав и, судя по динамике процессов, все так же далек от завершения, как и 15 лет тому назад. В данном случае, на наш взгляд, произошла подмена понятий: урегулирование конфликта предполагает достижение договоренности и, в идеале – мирного договора между Азербайджаном и Нагорно-Карабахской Республикой. Однако Баку, несмотря на усилия посредников, не соглашается со сложившейся реальностью. У Азербайджана уже была возможность урегулировать конфликт и признать независимость НКР. Судя по просочившимся дипломатическим источникам, таковая была на переговорах президентов Армении и Азербайджана Роберта Кочаряна и Гейдара Алиева в Ки-Уэсте. Насколько достоверны данные «утечки», сказать довольно трудно, тем более, что они были озвучены в очень узком кругу. Однако, скорее всего, о чем-то в Ки-Уэсте и была договоренность, о которой мы не знаем.  А может, и не было ничего, но, как бы то ни было, возможность договориться явно была.

После смерти Гейдара Алиева конфликт, которого на самом деле нет, и есть только желание Баку взять реванш и вернуть то, что ему не принадлежит, вступил в фазу «замерзания».  И теперь к попытке урегулирования изъявили желание подключиться страны региона, в первую очередь Турция и Иран. Амбиции Турции вполне понятны, ей надо как-то оправдать свои постоянные уверения в «братской любви» к «азербайджанским братьям», а что касается Ирана, то он в этом вопросе осторожен, как и следует ожидать: по словам  пресс-секретаря МИД Ирана Рамина Мехманпараста, если Азербайджан и Армения изъявят желание, Иран готов предложить решение карабахской проблемы.

Неучастие карабахской стороны в переговорном процессе стало наиболее серьезной ошибкой армянской стороны, потому что выключение Карабаха из переговорного процесса дало в руки Азербайджану козырь, который он с успехом разыгрывает: это и армянские формирования, это и требование освободить 7 районов, занятых «армянской армией», и многое другое.
Правда, надо отметить, что замена конфликтующей стороны страной, заинтересованной в урегулировании конфликта – явление обычное на Южном Кавказе. Так обстоят дела в Абхазии, Южной Осетии. Глав непризнанных государств просто не подпускают к переговорам, хотя на самом деле вести эти переговоры должны именно они. Они же и должны договариваться о новых границах, признании суверенитета и защите собственной территории. Естественно, что страна-поручитель, в данном случае Армения, а в грузинских конфликтах –Россия взяли на себя гарантии безопасности населения отделившихся бывших советских автономий. Но только гарантии, которые скорее всего не будут предусматривать прямого участия в возобновлении военных действий, если таковые будут иметь место. Если представители избранной власти Республики Арцах во главе с президентом НКР Бако Саакяном сядут за стол переговоров, они закончатся намного быстрее. Азербайджан, в свою очередь, отлично понимает, что НКР в данном случае будет выступать как независимый субъект, и никакие обещания Ильхама Алиева о «широкой автономии» в расчет приниматься не будут. В принципе, они и сейчас не воспринимаются серьезно, но звучат. Это, скорее всего, одно из главных упущений в урегулировании карабахского конфликта.

Наверное, одной из основных упущенных возможностей урегулирования карабахского конфликта, равно как и других конфликтов на Южном Кавказе можно назвать и отсутствие так называемой «народной дипломатии» и четкое нежелание сторон слушать и слышать друг друга. Еще в начале карабахского конфликта под эгидой различных международных организаций, к примеру, International Alert, Фондов Фридриха Наумана и Фридриха Эберта и тому подобных предпринимались попытки собрать вместе армянскую и азербайджанскую интеллигенцию и представителей гражданского общества, чтобы как-то договориться. На встречах время от времени присутствовали и карабахские делегаты. Однако все разговоры сводились к одному и тому же: с азербайджанской стороны – у нас нефть,  и мы все можем, с армянской – ничего у вас не получится. Во время одной из таких встреч в 2008 году в Брюсселе, организованной  International Alert, на которой присутствовали представители гражданского общества Нагорного Карабаха, ничего нового из Баку так и не было услышано, кроме того, что Армения должна вернуть 7 районов. И здесь мировое сообщество, с подачи Азербайджана, подменяет стороны конфликта, отказывая Республике Арцах в праве на самостоятельные решения. На наш взгляд, это является одним из самых важных препятствий на пути урегулирования. Гражданское общество в Азербайджане, как бы о нем ни говорил официальный Баку, пронизано страхом, и на встречах с армянской стороной говорит только то, что разрешено. Естественно, в таких условиях ни о каком диалоге и речи быть не может.

Ну и конечно было бы неправильно не упомянуть деятельность Минской группы ОБСЕ по урегулированию карабахского конфликта, которая на протяжении всех 20 лет почти ничем не занималась. Ни разу мировое сообщество не осудило провокации и инциденты на линии соприкосновения Армии Обороны НКР и ВС Азербайджана. На словах, конечно, говорилось, что подобного рода инциденты вредят мирному процессу, но никто не пригрозил Ильхаму Алиеву более жесткими санкциями. О его милитаристской риторике уже и говорить не приходится. Ведь если бы на повторяющиеся с периодичностью раз в неделю заявления о придании Карабаху «статуса широкой автономии» и «решения конфликта силовым путем» Алиев был бы призван к ответу, вполне вероятно, что соглашение между Азербайджаном и Нагорно-Карабахской Республикой было бы подписано.

Урегулирование конфликтов на Южном Кавказе таким образом, как этого хочет республика-метрополия, вряд ли возможно. И Ильхаму Алиеву и Михаилу Саакашвили придется рано или поздно смириться с реальностью – на карте региона появились новые государства, и от признания или непризнания их международным сообществом ничего не зависит.