О сотрудничестве с Европейским Союзом и не понятно с кем и зачем

 

 

Рубен МЕГРАБЯН
Редактор Русской версии издания «Аравот»
Ереван

 

В одну телегу впрячь не можно
Коня и трепетную лань.

А.С. Пушкин. «Полтава»

 

«Армения всегда была сторонницей открытого сотрудничества, уважения интересов других и, по возможности, их сопоставления. Мы старались не ставить наших партнеров перед выбором, а где возможно – создавать атмосферу позитивного сотрудничества. Могу сказать, что все наши коллеги, по большому счету, всегда поддерживали эту нашу политику и предпринятые в ее результате шаги.

Армения присоединилась к Евразийскому экономическому союзу с четким осознанием, что он будет наилучшим образом служить развитию нашей экономики, будущему нашей страны. Зафиксированные с момента вступления результаты укрепляют уверенность в принятом нами пути. В то же время это совершенно не препятствует нашему сотрудничеству с Европейским Союзом, в особенности в сфере институциональных реформ и модернизации.Наше сотрудничество с Евросоюзом поднялось на новый уровень Соглашением о всеобъемлющем и расширенном партнерстве».

Это цитата из выступления президента Армении Сержа Саргсяна на Мюнхенской конференции по безопасности 17 февраля с.г..

Второе, что сказал там же Серж Саргсян: «Мы сейчас ведем переговоры со всеми заинтересованными странами, чтобы сформировать новый транзитный коридор от Черного моря до Персидского залива. Мы надеемся, что в случае успеха список бенефициаров этого проекта будет более широким, чем участвующие на переговорном этапе страны. Думаю, сотрудничество стран-членов ЕС и ЕАЭС, как в двусторонних, так и в многосторонних форматах соответствует нашим общим интересам и экономическому прогрессу».

И в-третьих, что отметил Серж Саргсян как важное обстоятельство: «в нашей общественности сформировался широкий консенсус по шагам, которые предпринимаются в направлении внешней политики и экономической интеграции Армении».

Это, стало быть, официальная позиция, это политика Еревана.

Естественно, история и здравый смысл диктуют необходимость шагов, которые отгородили бы нашу страну от рисков превращения в театр боевых действий или сведения счетов между разными силами, переживающими новый этап конфронтации, и это единственно разумная позиция. Естественно также, что это вынужденная позиция в сложившейся ситуации, зачастую не имеющая ничего общего с нашими реальными интересами.

В Европе, особенно, близкие к левым партиям политические круги, а также имеющие бизнес-интересы в России, да еще и коррумпированные Россией группы интересов и контингент из «понимающих Путина», также приняли на вооружение данное видение дальнейшего modusvivendi для Армении и других постсоветских стран и modusoperandi– в плане своих последующих шагов в отношении их и самой России.

После того, что произошло с 2014-го года, когда Россия в Европе, впервые после 1938 года, осуществила аннексию части соседнего государства – украинского Крыма, после заявлений Москвы о том, что мировой порядок, установленный по итогам Холодной войны, должен быть пересмотрен, после действий, которые совершает Москва в направлении подрыва европейских институтов, дискредитации и развала Европейского союза, после того, что расценивается как уже развязанная Первая мировая гибридная война – невозможно не понимать, что одного желания сотрудничества между Европейским союзом и тем, что называется «Евразийским экономическим союзом», недостаточно.

Говорить о желании сотрудничать, конечно, можно сколько угодно, а для Армении это даже полезно в плане минимизации или хотя бы снижения риска того, чтобы не стать одним из фронтов или полей сражения в Первой мировой гибридной войне. Следует сказать, что это пока получается: Россия вроде как особо не возражает, в Европе также относятся с пониманием и по ходу одобрительно кивают, понимая, что могло быть и хуже.

С одной стороны, все следуют заповеди британских консерваторов «пока работает – не чини». И не нам учить европейцев, что и как работает или не работает, впрочем, и русских. В то же время, продолжение заповеди таково: «а если не работает – выбрось».

Россия считает желательным, а порой и настаивает на том, чтобы на ее извечный вопрос «а ты меня уважаешь?» Европа отвечала утвердительно, чтобы считала бывшие части советской империи зоной ее эксклюзивных прав и интересов и сотрудничала с постсоветскими государствами, испросив ее позволения, мнения, или хотя бы что-то дала взамен.

Прошло четыре года после начала жесткой конфронтации с Западом, но Россия не оставляет безуспешных попыток добиться геополитической сделки с Западом для легитимации своего права ограничивать суверенитет постсоветских стран, взамен предлагая «мирное сосуществование» с «западными партнерами».

На Западе имеет место быть весь диапазон возможных подходов к такому поведению неоимперской России с архаичными амбициями. Да, там есть и духовные дети экс-канцлера Германии Шредера с их мечтами о глубоко антиевропейском проекте «Северный поток-2», и разные ультраправые-ультралевые политические фрики в разных европейских странах, и бывшие члены команды Трампа, успевшие потерять репутацию и подать в отставку из-за «непристойных» связей с Россией. Факт тот, что среди политического класса в Европе таких подходов придерживается довольно влиятельный сегмент, и он пытается оказывать влияние на политические решения Брюсселя и национальных правительств.

В то же время опубликованная в феврале с.г. статья специального советника Верховного комиссара ЕС по внешней политике и безопасности ФедерикиМогерини– Натали Точчи «Три уровня конфронтации. Где Россия и Запад могут сотрудничать, а где – нет» (Московский Центр Карнеги, 16.02.2018) представляется в определенной мере интегральной и программной. И главная мысль в ней состоит в том, что вполне возможно сделать конфронтацию между Россией и ЕС управляемой, однако не более того, конфронтация – это факт, и это надолго.

На этом фоне Армении, имеющей неразрешенный Нагорно-карабахский конфликт на востоке, а на западе – становящуюся все более агрессивной и непредсказуемой Турцию, остается по возможности избегать «резких движений», способных оставлять за собой геополитический шлейф и вызывать соответствующие риски и тем более – угрозы.

С другой стороны, нужно понимать, что запаса прочности Армении для продолжения такой игры может и не хватить, если политическая система не изменит своего качества и останется такой же коррумпированной, экономика – монополизированной и олигархизированной, управляемой бездарно, «по-русски». Мы также видим, что Россия не только пичкает Азербайджан наступательным оружием, «заточенным» на «союзную» Армению, но и одаривает Баку участием в совместных с Ираном проектах, блокируя при этом Армению. А разговоры о коридоре Персидский залив – Черное море, Иран – Армения – Грузия остаются разговорами лишь по причине откровенного саботажа со стороны России. И это главный индикатор «возможностей сотрудничества» с ЕС и ЕАЭС одновременно, так что не будет сюрприза в том, если рано или поздно нам придется сделать выбор – какое «И» в провозглашенном «И-И» весомее, когда санкции против России начнут разлагать и расплетать всю ее изрядно поношенную внутреннюю имперскую ткань.

И, наконец, вопрос стоит еще и в философской плоскости. О чем фундаментально могут договориться, с одной стороны, прошедший испытание десятилетиями политико-экономический союз, объединенный ценностями, суть которых в том, что человек, его права и достоинство – это цель, а не средство, с другой – перенявший колхозно-ордынские практики диктатуры разной степени жестокости и абсурда?

Русский классик (см. эпиграф) на этот вопрос ответил мягко, но однозначно.

 

 

Share

Comments are closed.