Оставшиеся на территории Турции после Геноцида армяне меньше всех были осведомлены о геноциде

 


Грануш ХАРАТЯН
Этнограф
Ереван

 

В Турции в отношении исламизированных армян наличествует плохо скрываемая нетерпимость и недоверие, что время от времени озвучивается  в политических заявлениях, их «обвиняют» в провоцировании, наряду с курдами, неповиновения турецким властям, даже в организации и руководстве подобными действиями. В то же время периодически поднимается тревога в связи с якобы намерением исламизированных армян отомстить за свое прошлое. Все это направляет взгляды турецкого общества на исламизированных армян, «блокируя» их окончательную тюркизацию (курдизацию, арабизацию).Но люди эти проблематичны и для христианских армянских кругов Турции. С одной стороны, им не доверяют, считают «турецкими агентами», а с другой воспринимают как крайне уязвимую категорию, сближение с которой может представлять угрозу ей. Это осознается с обеих сторон, и так же, как общения с армянами-христианами избегают исламизированные армяне и потомки бывших армян, сменивших идентичность, армяне-христиане тоже далеко обходят исламизированных армян. Параллельно происходит определенный процесс возвращения исламизированных армян в христианство, безусловно, в гораздо меньшем объеме, чем об этом говорится. Есть и обратный процесс, о котором не говорится вовсе – в среде сородичей, разделенной между христианами и мусульманами, продолжается процесс исламизации и окончательного отрыва от христианства. Мусульманская часть сородичей боится, что наличие сородичей-христиан усугубляет угрозы.

Существующее и вероятное в будущем отношение турецких и армянских кругов к потомкам исламизированных или тюркизированных (курдизированных, арабизированных) армян – только одна сторона вопроса. Другая сторона состоит в том, что 20 век установил новые уровни и возможности идентичности, религиозная идентичность уступила свое место по важности «государственному гражданству» и этнической идентичности, но в Турции даже в условиях официальной светскости этническая идентичность рассматривалась на уровень ниже религиозной. «Турок» в Турции – это иное качество гражданской идентичности, оно фактически означает тюркоязычный суннит. Турка не суннита быть не может.

В той же логике суннит-мусульманин не может быть «армянином», потому что в Турции официально «армян нет», есть «христианское», «иудейское» меньшинство. Официально ребенок армянина-нехристианина не может посещать армянскую школу, школа имеет право обслуживать только христиан. Турецкие муниципальные отделы образования ежегодно проверяют документы поступающих в школы на предмет того, нет ли среди них детей нехристиан.

В результате образуется смешение идентичности, из которого, безотносительно религиозной принадлежности, зачастую пытаются выбраться граждане, не имеющие турецкой этнической идентичности, в том числе определенные представители потомков исламизированных ранее армян. Они хотят быть мусульманами-армянами. Однако это неприемлемо для власти и большей части общества. Но это стало неприемлемым и для армян-христиан Турции. Они не готовы принять армян-мусульман в свою национальную среду, хотя у многих из них есть сородичи-мусульмане. Армянство Армении воздерживается от выражения своего отношения, но представители Армянской Апостольской церкви порой во всеуслышание заявляют, что этническими армянами могут быть только христиане. И общество, вроде, не возражает.

Так что «армян-мусульман» нет ни для «государства», ни турецкого, ни армянского общества, и им крайне сложно общаться как с турецкими, так и армянскими национальными кругами. И отсюда новые вопросы – как относиться к армянам, вернувшимся или желающим вернуться к христианству, или как относиться к армянам, имеющим национальную принадлежность, но желающим оставаться мусульманами?

Во времена СССР мы знали, что в годы Геноцида было исламизировано множество армян, но принципиально мы ничего не знали об их быте, проблемах, исканиях, отношении к ним властей и общества. Это были вопросы, ответы на которые, тем более, анализ были табуированы.

Но если теоретически мы знали, что в Турецкой Республике есть исламизированные армяне, то практически ничего не было известно о том, что вне Стамбула, в турецких провинциях, особенно в Западной Армении и Киликии, осталось немало армян-христиан. Уже в 30-х годах часть их вновь подверглась изгнанию, внутренней ссылке, часть продолжала исламизироваться, но какая-то часть продолжала считать себя христианами, не зная многого о христианстве.

В середине 60-х все армянство было потрясено информацией о том, что на территории Варто в Сасуне (Западная Армения) был обнаружен крупный род, который в годы Геноцида большой семьей спрятался в пещерах горы Джуди, что в Сасуне. Около 30 лет они жили изолированной жизнью, вступая в брак друг с другом и рождая потомство. О курдоязычном роде, называвшемся «Эрмени Варто аширет», случайно стало известно священнику Гранту Гюзеляну, который встретился с родоначальником Сиаментом Ягбасяном и «обнаружил» целую династию. Это была первая после долгого перерыва встреча армян Варто аширети с армянским священником, с армянином вообще, и благодаря его визиту племя узнало, что в Турции, помимо них, есть еще армяне-христиане.

А вообще существование «Эрмени Варто аширети» было явлением не уникальным. В середине 60-х постепенно стали «самовыявляться» другие группы армян – в селах Бимер, Архунд, Моткани Пуршенк, Арпи и других селах Батмана и Сасуна, селах Каракочар в Балу, Кыркысрак в Кесарии, где они жили в соседстве с курдами-мусульманами, арабами или алеви. В этих селах люди считали сами себя христианами, у них были неофициальные армянские имена, и в их семьях нередко говорили на армянском наречии. Большая часть горных сел была ранее оставлена армянами, и там стали постепенно собираться в основном оставшиеся сиротами или спасшиеся в убежищах и оставшиеся в живых после долгих скитаний армяне, которые пытались начать новую жизнь, плечом к плечу, избегая административных органов, жандармов и всячески стараясь не воспалять соседей.

Друг друга они, конечно, знали, но, во-первых, о них ничего не было известно, во-вторых, они не знали о других армянах, изолированных в иных местностях, в-третьих, не знали, что помимо них в мире остались еще армяне, что в Стамбуле сохранилась Армянская патриархия, действуют армянские школы, тем более им ничего не было известно о Советской Армении. Как и в Советской Армении не подозревали об их существовании.

Происходившие из села Гомк, что в Сасуне, перебравшиеся в 1970-х в Муш арабоязычные братья-армяне, исповедующие ислам, будучи внуками спасшегося от геноцида в свои 15 лет подростка-армянина, рассказывают (по-турецки): «Ни моя мать, ни отец не ходили в школу, не получили образования, знали только одно – Сасун и Муш. Да, еще Битлис. Об Армении вообще не знали. Когда мы уже жили в Муше, мой отец слушал курдские песни Армянского радио. Удивленно пожимал плечами, говорил – Эрминистан».

Братья из сасунского села Бимер знали чуть больше. Бимер расположен в Батмане, который граничит с севером Сирии, куда перебрались многие армянские беженцы, и с ними сохранялись контакты:

«Мы очень мало знали. Знали, что есть Армения, радио Еревана нас очень воодушевляло, были и передачи на курдском. Оно нам давало жизнь. Это помогло нам понять, что в мире живут армяне и в других местах, есть Армения. Есть также Сирия, Камишли, где живут армяне, после погромов многие сасунцы отправились туда. Были контакты, ездили туда. Мои односельчане, не зная, что есть Армения, отправились в Сирию, а из Сирии прибыли туда (в Армению), отправляли нам приветы, а мы боялись отвечать «барев», удивлялись – они тоже наши? Нам отправляли приветы, по радио говорили – такой-то семье отправляются приветы. А мы удивлялись… Но об армянах Константинополя вообще ничего не знали, хотя были слухи, что есть патриархат, школа» (воспоминание о 60-х годах, Г.Х.).

Сотни моих встреч с этими людьми и их сегодняшними потомками позволяют сделать кажущийся самым невероятным, самым странным вывод – в 1920-х годах спасшиеся в провинциях армяне в большинстве своем не знали, что произошло, а главное – в каких масштабах. Они так и не поняли, что имела место тотальная резня армянского народа, и подавляющее большинство проживающих в турецкой глубинке армян так и не узнало о поражении Турции в войне, Мудросском соглашении, возвращении некоторых спасшихся после так называемой ссылки армян, о второй резне, турецко-армянской войне, Лозаннском договоре и многих других важных событиях, касающихся их жизни. Отдельные кусочки в рассказах проживающих поныне в Турции армян позволяют понять, что каждый из них имел лишь фрагментарные сведения о своей семье, городе, селе или, в лучшем случае, провинции, где жили его предки.

Но они на своем опыте знали одно – присутствие, существование армян в Турции нежелательно, их преследуют, и они должны жить в полной изоляции, если хотят выжить.

Полный вариант статьи на армянском языке можно прочитать на сайте «Аналитикон»

 

 

Share

Comments are closed.