Почему аналитикам  не удалось предсказать Бархатную революцию



Микаел ЗОЛЯН
Политический аналитик
Ереван

 

Политологи, дилетанты и пропагандисты

Всеармянские празднества по поводу отставки Сержа Саркисяна только-только завершились, а в социальных сетях уже стали задаваться вопросом – кто-нибудь вообще спрогнозировал подобные события, и где были аналитики и политологи?

Армянских политологов стали отчаянно обвинять в том, что им не удалось спрогнозировать Бархатную революцию. Действительно, если бросить ретроспективный взгляд и изучить статьи политологов,  аналитиков, политических обозревателей и журналистов, то сложно будет найти хотя бы одну статью, в которой за несколько недель прогнозировался бы подобный ход событий. Кто-то заключает из этого, что политология в Армении не на высоте, а кто-то говорит о форменном провале политологии. Однако, как мне кажется, большая часть этих обвинений безосновательна. Так что в данной статье мы попытаемся хотя бы частично оправдать политологическое и аналитическое сообщество Армении.Но прежде следует в определенной мере согласиться с обвинениями. Да, действительно, в политологическом пространстве Армении немало людей, которые, может, и искренни в своих мнениях, но не в состоянии рассуждать о политике научно и обоснованно. В Армении на пальцах можно пересчитать аналитиков, которые отслеживают не только политические процессы, но и новые теории и тренды в политологии и других общественных науках. А после революции их станет еще меньше, потому что кое-кто из них получили должности в новом правительстве или, возможно, еще получат. Надеюсь, ситуацию выправит новое поколение политологов, но пока мы вынуждены терпеливо терпеть дилетантизм в сфере политического анализа.

Еще большее сожаление вызывает тот факт, что в сфере политического анализа немало людей, выполняющих политический заказ. В годы правления Сержа Саркисяна  сложилась целая сеть людей, которые позиционировали себя как активисты, блогеры, политологи, журналисты и прочее, хотя на деле выполняли свою роль в стратегии власти по управлению информационными потоками. Сразу же скажу, что я не намерен оправдывать две эти группы псевдоаналитиков. Моя цель – встать на защиту многочисленных честных и сведущих политологов и политических аналитиков, которые, тем не менее, не смогли предугадать ход событий. Иначе говоря, почти всего политологического сообщества.

«Явка c повинной» с элементами саморекламы

Но прежде чем явиться с повинной, позвольте заняться небольшой саморекламой. Я, конечно, тоже не смог предугадать ход революционных событий. Но в целом я доволен своей работой, потому что многие мои прогнозы и оценки последних лет подтвердились. Уже тогда, когда начался процесс конституционных реформ, я утверждал, что целью этого процесса является увековечивание власти Сержа Саркисяна, но говорил также, что у Сержа Саркисяна нет ресурсов, необходимых для гарантий пожизненной власти. Говорил также, что апрельская война нанесла мощный удар по легитимности режима Сержа Саркисяна и политического истеблишмента в целом. Говорил даже, что борьба против пожизненного правления Сержа Саркисяна может стать проектом, вокруг которого появится оппозиционная коалиция, и может возникнуть раскол элит. И все это действительно случилось. Но… Но я полагал, что для этого понадобятся годы. На деле, как мы убедились, хватило месяца.

Симптоматично выглядят также изменения моего мнения по поводу перспектив Движения. К первым акциям я отнесся положительно, но, признаюсь, с недоверием. Потом возник некий осторожный оптимизм: я надеялся, что благодаря этим акциям у нас сформируется более свежая и сильная оппозиция, которая не позволит полную «туркменизацию». Когда Движение стало набирать силу, я решил, что оно нанесет серьезный удар легитимности Сержа Саркисяна, и он в итоге вынужден будет уйти, но я думал, что это займет годы. Когда 16 апреля я дал интервью Сирануш Папян, и она озаглавила его «Движение не останется без последствий, Серж Саркисян вынужден будет уйти», я счел, что был чересчур неосторожен в прогнозах.

Только 20 апреля, прогулявшись по ереванским улицам, я понял, что, независимо от того, чем закончится Движение, Армения изменилась настолько фундаментально, что не так уж и важно, как долго продержится Серж Саркисян. 22 апреля, когда Серж Саркисян покинул переговоры с Николом Пашиняном, а большая часть журналистов осталась в зале, я понял, что это победа Движения. Но сам испугался своих выводов. Моя обеспокоенность усугубилась, когда Никола Пашиняна и других лидеров Движения задержали: я, как и многие другие, ожидал, что власти применят силу. Вечером того же дня, когда с балкона АОБС я наблюдал за нескончаемым потоком людей, направлявшихся к площади Республики, я понял, что Движение одержит победу, иного варианта развития событий просто не было. Но даже в тот момент я не смел полагать, что до отставки Сержа Саркисяна осталось менее суток.

Почему революции непрогнозируемы

Но оставим приятные воспоминания и вернемся к вопросу: почему оказалось так трудно спрогнозировать армянскую революцию? На деле это специфика не только Армянской революции. В общественных науках существует убеждение, что революции сами по себе труднопрогнозируемы. Обычно они происходят в недемократических системах, где люди в той или иной мере стараются не выражать свою истинную ориентацию. Более того, когда революция все же происходит, внезапно выясняется, что многие изначально были сторонниками революции, потому что это поощряется, а сторонников прежнего режима упрекают в конформизме. Данное явление в социологии называется «фальсификацией предпочтений».  Думаю, многие из нас стали свидетелями данного явления в последние месяцы в своем окружении.

Но есть и более серьезный фактор: недемократические системы сами по себе непрогнозируемы. Это может показаться странным читателю. На постсоветском пространстве есть распространенный стереотип о том, что, якобы, авторитарные режимы, несмотря на свои недостатки, более стабильны, чем демократические. На деле данное утверждение далеко от реальности. Если в этом и есть зерно истины, то оно касается недоразвитых, переходных, несостоявшихся демократий. Но в целом исторический опыт показывает, что стабильные демократии более устойчивы, чем считающиеся стабильными диктатуры. Авторитарная система выглядит устойчивой, но она может подвергнуться коллапсу даже в тот момент, когда кажется мощной и устойчивой. В этом смысле даже выборы 2017 года, в которых РПА одержала победу, не могут рассматриваться как надежный показатель. Правящая в Египте партия одержала на парламентских выборах в ноябре-декабре 2010 года сокрушительную победу, а уже 25 января 2011 года началась революция, которая завершилась свержением президента Мубарака. Так что судьбу авторитарных систем действительно трудно предугадать, и в этом смысле система, возглавляемая Сержем Саркисяном, не была исключением.

Но, говоря о политологах и прогнозах, следует упомянуть еще один вопрос. Само по себе представление о том, что дело аналитиков и политологов – прогноз, уже неверно. К сожалению, большая часть армянского общества видит в аналитиках астрологов, гадающих на кофейной гуще, в лучшем случае синоптиков, дело которых – прогнозировать независимые от нас процессы. Но аналитик – это скорее врач. Его задача – дать обществу диагноз проблемы и предложить лечение. Но признание этого диагноза и следование ему –  это дело не аналитиков и политиков, а, в более широком смысле, всего общества. Врач может заявить, что курение опасно для жизни, и посоветовать бросить курить. Он может предложить оптимальный вариант того, как именно бросить курить. Но курить или не курить – выбирает уже больной.

То же самое касается политологов – в лучшем случае политолог может проанализировать вызовы и предложить способы их преодоления. Остальное – дело самих граждан.

Share

Comments are closed.