КГБ или СНБ?


Артак КИРАКОСЯН
Директор Института гражданского общеста
Ереван

В начале сентября в Армении разгорелся скандал в связи с прослушкой разговора директора Службы национальной безопасности Армении Артура Ванецяна и начальника Специальной следственной службы Сасуна Хачатряна[1].  В ходе 8-минутного телефонного разговора Ванецян и Хачатрян  обсуждают арест экс-президента Армении Роберта Кочаряна, а также уголовные дела, возбужденные против генсека ОДКБ Юрия Хачатурова и бывшего министра обороны Микаела Арутюняна и связанные с этим риски. На записи Ванецян приводит разговор с судьей по делу Кочаряна:

«Ванецян: Мне только что судья звонил, он немного напуган.

Хачатрян: Да.

Ванецян: Я сказал, посмотри все дело. Его Грач зовут, да?

Хачатрян: Грач?!

Ванецян: Не знаю имя судьи. Короче, судья, который должен вынести решение об аресте.

Хачатрян: Да.

Ванецян: Он сказал, мол, господин Ванецян, я посмотрю бумаги, потом позвоню, доложу.

Хачатрян: Пусть смотрит.

Ванецян: Я сказал, проверь основания, позвони, но решение об аресте, хочешь или не хочешь, должен принять”.

Позднее в ходе пресс конференции Ванецян отрицал факт разговора с судьей, – «это был частный разговор, и в ходе разговора могли быть неточности…  никогда не был знаком с судьей и никогда не говорил с ним».[2] Разговор с Ванецяном отрицал и судья, давший санкцию на арест Кочаряна.

По делу прослушки возбуждено уголовное дело по признакам части 1-й статьи 146-й (незаконное нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан) и пункта 4-го части 3-й статьи 254-й (неправомерное овладение компьютерной информацией, совершенное в целях получения информации, имеющей особую ценность).

Возбуждено и другое уголовное дело. В заявлении  Следственного комитета Армении говорится: «С учетом того, что в записи имеются явные данные о превышении должностных полномочий, Генеральная прокуратура Армении возбудила по этому поводу уголовное дело по факту прослушки разговора глав СНБ и Особой следственной службы по ст. 309 УК Армении”.

История с прослушкой вызвала сразу несколько вопросов, связанных с государственной безопасностью Армении:

  1. Кто был заказчиком прослушки. Версий не так много – Роберт Кочарян, российские власти, сам Ванецян. Нам кажется что, скорее всего, это дело рук Кочаряна, что соответствует логике его действий в кризисных ситуациях – стремление немедленно разрубить гордиев узел проблем (разгоны оппозиционных митингов в 2004 году, закрытие оппозиционных телеканалов в 2011 году, события 1 марта 2008 года и т.д.).
  2. Вопрос независимости судебной системы. То, что судья мог позвонить в Службу госбезопасности и просить инструкций, ни у кого не вызывает сомнений. Вся практика судебной системы последних десятилетий показывает, что это не исключение, а стойкое правило. О необходимости борьбы с этим многократно говорил и премьер-министр Армении Никол Пашинян.
  3. И наконец, как мог произойти сам факт прослушки телефонного разговора. И тут самая вероятная версия – это незаконная прослушка и слив информации со стороны структур Государственной службы безопасности Армении. Об этой версии достаточно ясно говорил и Ванецян в ходе упомянутой пресс-конференции.

В связи с последним вопросом в данной статье мы ставим более широкую проблему о доверии по отношению к спецслужбам Армении. Тема не новая в независимой Армении: с чем мы имеем дело – со Служба Национальной Безопасности Армении или придатком КГБ, действующим в нашей стране? В самом деле, 4 декабря 1991 г., согласно принятому закону о структуре и составе правительства РА, КГБ был переименован в Государственное управление национальной безопасности РА[3].  С 90-х годов по сегодняшний день периодически возникает вопрос о люстрации.

Люстра́ция (от лат. lustratio — очищение посредством жертвоприношения) – законодательные ограничения, вводимые после смены власти для ограничения прав сторонников прежней власти. Будучи явлением не новым (например, сталинские чистки, денацификация в Западной Европе, хрущёвская десталинизация), «решительные формы» люстрация приняла в конце XX века и начале XXI века в посткоммунистических государствах Восточной и Центральной Европы в виде недопущения на государственную службу, в аппарат государственного управления, правоохранительные органы, на иные важные посты и в учреждения системы образования лиц, которые были связаны с прежним коммунистическим режимом, в том числе функционеров коммунистических партий, сотрудников и агентов органов госбезопасности]. Предполагается, что осуществление люстрации должно придавать легитимность новой власти путём решительного разрыва с практикой старой власти, воспринимающейся как преступная и неправовая. [4]

В самом деле, до сих пор даже молодое поколение работников спецслужб Армении представляется как сотрудник КГБ, а между собой они  гордо называют себя чекистами. Официальная позиция СНБ представлена на сайте Службы. Страница «Краткая история органов безопасности Армении» [5] делит историю Службы на 3 этапа: первый период независимой Армении с 1918 года, второй этап истории структуры безопасности начинается с периода установления в Армении Советской власти, и наконец, «началом третьего этапа истории органов национальной безопасности Армении является 21 сентября 1991 г.». Практически выводится органическая связь между этапами развития спецслужбы, не видя никакого противоречия.

Интересную информацию о самоидентификации СНБ также можно получить, исследуя материалы Музея истории органов безопасности Армении[6]. Музей основан в 2006 году по решению руководства Службы национальной безопасности Республики Армения и находится на втором этаже административного здания СНБ. Принимая решение о создании Музея, руководство СНБ преследовало цель «поддержать высокий дух военнослужащих органов и войск Службы, по-новому оценить значимость профессии сотрудника службы безопасности страны, поднять на более высокий уровень учебно-воспитательную работу с молодыми сотрудниками»[7].

Особого интереса заслуживает страница музея о периоде 1921-1988 гг.: «Создание и деятельность органов безопасности Советской Армении». Упомянутый текст заслуживает быть приведённым полностью:

«С установлением советских порядков органы безопасности, осуществляя свои непосредственные функции, нередко были вынуждены выполнять работу по претворению в жизнь недальновидных, порой политически несостоятельных идей.

Советские органы госбезопасности, в их составе и соответствующие подразделения в Советской Армении систематически превращались руководством страны в инструмент репрессивной политики.

Привлечение органов государственной безопасности, в частности, контрразведывательных подразделений, к силовой реорганизации общественных отношений, к процессам массовых репрессий характеризуется в современной России – правопреемнице Советского Союза – как «трагедия контрразведки».

И, несмотря на это, многие преданные представители органов государственной безопасности Армении – сотрудники разведывательных и  контрразведывательных аппаратов, подразделений по борьбе с особо опасными преступлениями, иных направлений оперативно-служебной деятельности – профессионалы своего дела, честные люди и патриоты, удостоились высокой оценки и искреннего уважения армянского народа и общества. Причем, часть из них также подверглась необоснованному преследованию».[8]

Текст прекрасен во всех отношениях. Обратите особое внимание на то, что в последнем параграфе говорится о  «преданных представителях органов государственной безопасности Армении», именно Армении, а не СССР. И, конечно, в дальнейшем преданные представители органов государственной безопасности Армении горячо поддержали и декларацию о Независимости Армении[9] (см. изображение):

Безусловно, такая самоидентификация СНБ отражается и на психологии работников службы и методах работы, в частности, на методах вербовки агентов (сравни историю с попыткой вербовки члена оппозиционной партии Наследие Грайра Манукяна в 2004 году [10]).

Мы не сторонники крутых мер в отношении отдельных лиц, и наша задача совершенно не в дискредитации СНБ. Но необходимы шаги по демифологизации СНБ, разрыву с КГБ-шным прошлым и пересмотр методов работы. Для этого нам кажется важным осуществление ряда символических шагов, направленных на очищение службы, в первую очередь нам кажется важным строительство нового здания СНБ – как символ разрыва с преступным прошлым КГБ СССР.

Однако работа с прошлым необходима, но абсолютно недостаточна. Необходим действенный контроль над спецслужбами. Необходимость такого контроля возросла в разы после перехода Армении от президентской к парламентской форме правления.

Демократический контроль над деятельностью спецслужб

Мы не станем подробно останавливаться на способах и возможностях контроля над спецслужбами (достаточно много информации, в том числе и на русском языке, можно найти на сайте Женевского центра демократического контроля над деятельностью вооруженных сил[11]). Приведем лишь некоторые тезисные моменты  из публикации (DCAF) «Деятельность спецслужб и демократический контроль – точка зрения профессионала» (2003)[12].

Демократический контроль над деятельностью спецслужб должен базироваться на четких и досконально разработанных законах. Поскольку в условиях демократии контроль подразумевает разделение ответственности, а его содержание, как правило, закреплено в Конституции государства, было бы неплохо, если бы основные цели и задачи деятельности спецслужб были также определены в тексте Конституции.

Контроль над спецслужбами в демократических странах включает в себя:

  • Контроль и ответственность исполнительной власти
  • Законодательный контроль
  • Судебный контроль
  • Неформальный контроль над деятельностью спецслужб со стороны общественности.

 

Каждый из методов контроля должен, с одной стороны, учитывать специфику и секретность работы спецслужб и задачи по обеспечению безопасности страны, с другой стороны, учитывать права граждан. Система демократического контроля любого государства является результатом его государственного и политического устройства, его истории и культурного наследия. С одной стороны, необходимо разработать механизмы, которые приводили бы в соответствие законодательные и конституционные традиции того или иного государства, с другой стороны, разные страны имеют разные системы политического устройства и опыт осуществления демократического контроля. Не может существовать единая модель осуществления демократического контроля, равно как и не существует единой для всех модели демократического контроля над деятельностью спецслужб. Пора побороть табу, основанное на страхе перед КГБ, и начать разработку действенных механизмов контроля спецслужб в Армении.

И в заключение из личного. Перед представлением программы правительства Пашиняна в парламенте, в министерстве юстиции была проведена встреча с общественными организациями для выработки предложений правительству. Представители ведомства слушали предложения НПО и делали соответствующие записи. Я говорил о проблемах пенитенциарной системы, предотвращении пыток в полиции и т.д., и в заключение – о необходимости контроля над спецслужбами. В этой части выступления я посмотрел на чиновников – все они рефлекторно положили ручки на стол.

 

 

_________________
[1]          https://ru.armeniasputnik.am/politics/20180911/14391278/skandalnaya-utechka-polnaya-rasshifrovka-razgovora-glav-snb-i-sss-armenia.html

[2]     http://hetq.am/arm/news/92885/aats-tnoren-artur-vanecyani-ev-hqts-pet-sasun-khachatryani-asulisy-uxix.html

[3]     http://www.nss.am/index.php/ru/history/brief-history/72-brief-history-of-nss

[4] https://ru.wikipedia.org/wiki/ Люстрация

[5]     http://www.nss.am/index.php/ru/history/brief-history/72-brief-history-of-nss

[6]     http://www.nss.am/index.php/ru/history/museum/73-about-museum

[7]     Там же

[8]     http://www.nss.am/index.php/ru/history/museum/77-museum-1921-1988

[9]     http://www.nss.am/images/stories/nss/museum/transition/KGB_Announcement.jpg

[10] https://news.am/rus/news/217709.html

[11]   Geneva Centre for the Democratic Control of Armed Forces (DCAF),  www.dcaf.ch

[12] https://www.dcaf.ch/sites/default/files/publications/documents/op03_intelligence-practice_ru.pdf

Share

Comments are closed.