Роль журналиста в эпоху «обильной» информации



Журналистика, как и переводческое дело, бухгалтерия и еще около трех десятков специальностей, оказались в век цифровых технологий в зоне риска, поскольку, параллельно развитию информационных технологий, они устаревают как профессии.

Основная причина состоит в том, что функции данных специальностей могут осуществлять программные системы, иначе говоря, роботы.

Будучи кибернетиком по первой специальности, я совершенно согласен с таким суждением. Но, являясь журналистом по основной специальности, считаю себя вправе не верить в это и попытаюсь на деле доказать обратное, причем основываясь на расчетах кибернетика.

Около 10 лет назад в журналистском сообществе бурно обсуждался близящийся закат газет. Озабоченность была крайне велика, где-то реальна, а главное – обоснована. Особенно, на фоне активизации интернета и соцсетей – Одноклассников и Фейсбука – газеты со своими мизерными тиражами и невзрачным видом казались прошедшим этапом.

Не меньше волновались и сотрудники телекомпаний. На одной чаше весов были традиционные медиа в позе вечных монополистов на информационном поле, а на другой – молодой, но быстро набиравший мощь Фейсбук с тогда уже многомиллионной аудиторией. Хотя социальная сеть создавалась вовсе не для конкуренции со СМИ, а просто для коммуникации и обеспечивала новую культуру отношений.

Это «Вначале было Слово…»

А потом пошло-поехало…

Открыть страничку в социальных сетях стало привлекательным и заразительным. Людям понравилось. Им понравилось создание контента и его распространение. Еще больше понравилось участие в полемике, выдвижение вопросов, консолидация вокруг задач и поиска решений. И для всего этого вовсе не нужно было физически передвигаться.

Зачем я обо всем этом напоминаю? Может, сегодня в этом нет ничего экстраординарного, особенно для молодого поколения. Между тем всего десять лет назад в стране, где телевидение находилось под контролем властной элиты, где транслировались только приятные на слух знати новости, а печатная пресса продолжала быть политизированной, такая альтернатива стала поистине оазисом в пустыне.

Новая медиасреда стала конкурентом для прессы, а пассивная публика – активным медиапотребителем. Каждый пользователь получил такую же, а может, даже большую возможность, чем любые локальные медиа. То есть с точки зрения журналистики люди стали заниматься тем же, что репортеры, с одной лишь разницей. Люди делали это в удовольствие и БЕСПЛАТНО.

К генерации информационных потоков присоединились и роботы, что позволило автоматизировать и ускорить считавшуюся прежде творческой работу. Например, Блумберг заменил часть сотрудников новостного отдела программной системой с искусственным интеллектом, которая пишет новости, касающиеся биржи, гораздо быстрее и интереснее, чем человек-журналист. Еще десяток или больше лет, и искусственный интелект сможет решать большинство задач нынешней журналистики.

В таком случае к чему журналистика и журналисты?

Вот тут следует уверенным голосом произнести – именно сейчас журналистика востребована, как никогда раньше. И продолжает быть востребована прежде всего для выполнения основной своей функции – предоставлять обществу достоверную и основанную на фактах информацию.

Разница состоит в том, что сейчас у журналистов имеются безграничные возможности для работы с открытыми данными, которых неимоверное количество и которые нуждаются в изучении, выделении, классификации, переработке, сопоставлении, анализе и опять же в обнародовании. Да, ими также может заниматься искусственный интелект, но пока он только развивается, этим может свободно заняться человек-журналист.

Настала пора анализа данных, и в новой эпохе свое место занимает дата-журналистика или журналистика данных. В эпоху мегаинформационных потоков журналистика нужна обществу как вода и воздух, чтобы выдавать на гора полезные материалы, обрабатывать их и передавать аудитории.

Для того, чтобы представить объемы ежедневно генерируемой в интернете информации, приведу пример поисковика Гугл, который за один день обрабатывает больше информации, чем та, что содержится во всей мировой литературе, созданной до появления интернета. Кажется невероятным, но факт состоит в том, что 90% мировых данных было создано за последние два года.

Ввод данных в интернет не останавливается ни на секунду.

Пока мы писали эти строки, в мировой паутине открылось 1000 сайтов. Таким образом, общее число сайтов достигло 1 миллиарда 958 тысяч.

Что касается количества пользователей, то, согласно данным прошлого года, число пользователей интернета перевалило за 4 млрд 200 млн человек, что составляет 55% населения Земли.

Возвращаясь к примеру Армении, отмечу, что журналисты являются полноправными акторами этого процесса, поэтому нужно правильно оценивать развития, принимая их как новые возможности для того, чтобы активно проявить себя в рамках профессиональной деятельности, постоянно оставаясь конкурентоспособным. Каждый день на десятках государственных и общественных сайтов Армении прибавляются новые данные, отчеты, доклады, статистические графики, приказы, постановления и другие документы, пополняя сокровищницу интернета.

Для того, чтобы заняться дата-журналистикой, нужно развивать навыки экспериментатора и, постоянно проводя эксперименты, раскрывать проблемы и сообщать о них обществу. Сейчас в интернете присутствуют все условия для того, чтобы последовательно идти к цели. Помимо баз данных есть масса онлайн-инструментов, которые позволяют подготовить на основе данных мультимедиа-истории, лонгриды, инфографики и разного вида визуальные материалы.

Журналистика данных требует от журналиста таких качеств, как аналитическое мышление, математические навыки и хорошее воображение для визуализации данных и доступной подачи важной информации.

Сравнительная работа с данными позволит вывести новые интересные для аудитории информации, раскрыть новые проблемы и препятствовать неэффективной работе органов власти, тем самым подняв журналистику на новый уровень.

Сурен Дегерян, председатель НПО «Журналисты во имя будущего» и учредитель-редактор портала дата-журналистики Ampop.am

Share

Comments are closed.