Реванш технологий: уроки 2012 года

Микаел ЗОЛЯН
Независимый аналитик
Ереван

Подыскиваешь слова, которые могут охарактеризовать прошедший год, и на ум невольно приходят такие слова, как «неожиданный», «непонятный», «странный», «парадоксальный» или, как пару месяцев назад в ином контексте заявил один из руководителей нашего государства – «отрезвляющий».

В преддверии президентских выборов сложилась ситуация, при которой проиграли все. Оппозиционное поле, по сути, дезорганизовано. Самая мощная оппозиционная структура – Армянский национальный конгресс, который еще два года назад мог говорить от имени значительной части населения и позиционировать себя как способная осуществить фундаментальные перемены сила, вынуждена сейчас отказаться от участия в предстоящих выборах. Более того, Конгресс, который раздирают многочисленные внутренние проблемы, оказался на грани развала. Другие оппозиционные силы, которые, казалось, должны были воспользоваться ситуацией и попытаться выйти в лидеры оппозиции, также не в завидном состоянии: либо они отказались от участия в выборах, либо решили участвовать, но без особых ожиданий. Позиционирующая себя как «альтернатива» партия «Процветающая Армения» так и не смогла сформулировать свою роль в нынешней политической системе (власть или оппозиция) и, по сути, во всяком случае, на какое-то время, оказалась за бортом политической борьбы. Гражданское общество и гражданские движения, о «пробуждении» которых в последнее время говорят многие (в том числе и автор этих строк), оказались в ситуации, при которой, по сути, не могут влиять на процессы в стране.

Казалось бы, во всем этом есть как минимум одна выигравшая сторона – власть. И действительно, после 1991 года впервые в истории президентских выборов власть получает возможность при минимальных усилиях и почти без риска обеспечить себе репродукцию. Помимо прочего, это означает, что олигархи из лагеря власти смогут в этом году сэкономить и направить намечавшиеся для подкупа деньги на новые бизнес-проекты или, скажем, покупку недвижимости в Европе (где, кстати, из за кризиса цены на недвижимость упали). Но даже при воодушевлении, которое царит в нижних и средних эшелонах власти, думается, верхние эшелоны, принимающие решения, должны понимать, что все это не на руку прежде всего им.

Армению ожидают неконкурентные выборы, вернее, имитация выборов. Посредством подобных выборов невозможно решить главную задачу власти – легитимность. Даже если международные наблюдатели и европейские структуры по каким-то причинам предпочтут не заметить определенные очевидные вещи, ввести в заблуждение собственное общество будет гораздо сложнее. Отчуждение власти и общества на предстоящих выборах, по всей видимости, не только не будет преодолено, но и углубится. А это опасно, прежде всего, для власти. Вспомните пример Египта, где парламентские выборы 2010 года прошли практически без конкуренции, правящая партия одержала сокрушительную победу, а 25 января 2011 года в стране произошла революция. Понятно, что ситуация в Армении отличается и от Египта, и от других стран «арабской весны», и это, безусловно, радует. Но в любом случае следует учесть, что лишенная легитимности власть слаба как на внутреннем, так и внешнем фронте.

Во избежание такой ситуации было бы оптимальным участие в выборах серьезного «альтернативного» или оппозиционного кандидата, который мог бы набрать существенное число голосов, но потом признать победу властного кандидата. По всей видимости, подобные сценарии в стане властей разрабатывались, но на каком-то этапе они были сочтены опасными. Ведь «альтернативный» кандидат мог выйти из-под контроля и бросить реальный вызов власти. В этом смысле то обстоятельство, что власть сделала все возможное для очистки политического поля до выборов от более-менее серьезных кандидатов, говорит не о мощи, а, скорее, слабости власти.

Как будет развиваться ситуация, сложно сказать, тем более, что прогнозы, вопреки расхожему мнению, не являются основной миссией политолога. Думаю, основной целью политолога в данных условиях должно стать осмысление факторов, влияющих на ситуацию. Мне кажется, что одним из основных факторов является практически тотальный контроль экономических ресурсов со стороны власти. В Армении сложилась ситуация, при которой люди, обладающие политической властью, в той или иной степени распоряжаются и экономическими ресурсами.

Ни для кого, пожалуй, не секрет, что для осуществления более или менее эффективной и долгосрочной политической деятельности нужны деньги. Конечно, возможны политические и гражданские движения, которые могут продержаться какое-то время без финансовой поддержки. Более того, если подобные движения вбирают в себя широкие массы, то они могут легко добиться впечатляющих успехов. Как бы ни заявляли постсоветские конспирологи,  что все социально-политические движения последних десятилетий, в том числе, в нашем регионе, были инспирированы и финансированы темными силами, настоящей движущей силой этих движений были идеи и энтузиазм.

Но если подобное движение пытается институционализироваться, то ему нужны финансы. Можно без денег удерживать людей на улице день, два, неделю, даже пару месяцев (даже при угрозе здоровью, свободе и даже жизни), если они верят в декларированные цели и доверяют лидерам. Но как только движение превращается в институциональную политическую силу, оно начинает нуждаться в финансовой поддержке для организации партийной работы. Иначе оно обречено рано или поздно стать маргинальной силой, лишенной какой бы то ни было возможности достичь политических целей.

В определенных постсоветских странах правящие элиты давно уже поняли, что для собственной репродукции вовсе не обязательно закрывать оппозиционные газеты или преследовать лидеров оппозиции. Гораздо эффективнее взять под контроль потенциальные источники финансирования оппозиции, и она рано или поздно дезорганизуется либо будет вынуждена смириться с ролью «системной оппозиции».

 

В России в этом смысле водоразделом стало дело Ходорковского, а также банкротство ряда других «олигархов», что стало четким сигналом состоятельным людям в стране о том, что нужно держаться дальше от политики. В Армении такой мессидж был направлен, когда большей части своего бизнеса был лишен Хачатур Сукиасян. Кстати, действовать против олигархов гораздо проще, поскольку, в отличие от журналистов или гражданских активистов, отношение общества к олигархам, как правило, не позитивное. А то, что в постсоветских странах сложно найти состоятельных людей, которые  никогда не нарушали закон, прибавляет им уязвимости.

 

А когда источники финансирования оппозиции находятся под контролем власти, все остальное становится делом техники или, как любят говорить эксперты, «политтехнологий». В определенных случаях могут применяться довольно сложные и трудоемкие технологии, как, скажем, манипуляции в информационном пространстве или креация псевдооппозиционных сил. А в некоторые случаях технологии гораздо проще, и их можно охарактеризовать одним словом – подкуп. Таким образом, складывается ситуация, когда оппозиция, казалось, свободна в действиях, никто не запрещает ей проводить митинги и шествия, практически нет столкновений с полицией и арестов (за отдельными исключениями), оппозиционеры периодически объявляются в телеэфире, тем не менее, правящая сила практически не имеет конкурентов.

 

Правда, это не означает, что в 2012 году история Армении завершится и здесь никогда не будет конкурентной политики. Нынешняя политическая элита смогла, конечно, с помощью политических технологий нейтрализовать конкурентов, но для решения проблем, которые стоят перед страной, технологий недостаточно. Для этого нужна четкая концепция развития страны и воля к ее реализации. Если у элиты отсутствуют два этих обстоятельства, то, как показывает опыт, возможно два пути: либо эта элита отстраняется под давлением общества, либо в самой элите находятся люди, которые пытаются изменить ситуацию изнутри. На сегодняшний день оба этих пути кажутся невероятными для Армении. Но кто мог год или два назад прогнозировать нынешнюю ситуацию, так что никто не знает, что готовит нам 2013 год.

Share

Comments are closed.