Буря в стакане

Или немного о тактике «мелких уколов» в межгосударственных отношениях Азербайджана и Турции

Рауф МИРКАДЫРОВ
Журналист
Баку

В марте 2013 года, то есть, в текущем месяце между официальным Баку и Анкарой опять пробежала черная кошка. И на этот раз формально поводом стала Армения, а точнее, предполагаемое открытие авиарейса Ван-Ереван.

Реакция официального Баку на первый взгляд была жесткой. Высказались многие. Например, исполнительный секретарь и глава парламентской фракции правящей партии «Новый Азербайджан» Али Ахмедов потребовал от Турции объяснений. По его словам, открытие авиарейса Ван-Ереван не соответствует позиции Турции, которую она занимает в вопросе оккупации Арменией азербайджанских земель. «Мы надеемся, что Турция внесет ясность в этот вопрос. Пока азербайджанские земли не будут освобождены от оккупации, мы не хотим смягчения отношений между Турцией и Арменией»1, — сказал Ахмедов.

Общий негативный фон вокруг этого вопроса попытался смягчить министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедьяров. «Посол Турции в Азербайджане неоднократно выступал с заявлениями в связи с открытием авиарейса Ван-Ереван. Сообщается, что этот авиарейс организован частной компанией. Мы воспринимаем его заявления как официальную позицию Турции»2,- заявил он.

Возникает вполне логичный         вопрос: это проявление серьезных разногласий стратегического характера, существующих между Азербайджаном и Турцией, или же одно из незначительных недоразумений, возникновение которых даже во взаимоотношениях союзников  время от времени вполне допустимо?

Сразу отмечу, что реакцию представителей правящей партии Азербайджана на предполагаемое открытие авиарейса Ван-Ереван вряд ли можно считать адекватной. Первое – на сегодняшний день компания “Армавиа” совершает регулярные рейсы Ереван-Стамбул и обратно, притом, дважды в неделю. Но в Баку почему-то этого «не замечают».

Второе – большинство экспертов считают, что, в отличие от рейса Ереван-Стамбул, авиарейс Ван-Ереван не может быть рентабельным в краткосрочной и среднесрочной перспективе, даже несмотря на то, что турецкая авиакомпания, скорее всего, предложит цены на билеты более дешевые, чем “Армавиа”. Необходимо учесть, что основными пассажирами рейса Ереван-Стамбул являются армянские «челноки» и трудовые мигранты.  Но, с одной стороны, Ван является одним из самых экономически отсталых регионов Турции. То есть, армянским «челнокам» и трудовым мигрантам там делать нечего. С другой стороны, в краткосрочной и среднесрочной перспективе не сработает и туристический фактор. Вряд ли найдется много армян, с учетом экономической ситуации в самой Армении, готовых выложить 200 долларов с лишним только за авиабилет — просто для посещения исторической Родины. Ни Турция, ни Армения не будут иметь экономической выгоды от функционирования рейса Ван-Ереван.

И, наконец, третье, в Баку прекрасно проинформированы о том, что без реального прогресса в урегулировании карабахского конфликта официальная Анкара не собирается предпринимать серьезных шагов по нормализации армяно-турецких отношений. В данный момент Анкару не страшит даже приближающийся 2015 год. Турция чувствует себя намного увереннее, чем два года тому назад.  В Анкаре уверены, что геополитические процессы, происходящие в регионе, и роль, отведенная Турции в них, не позволят ведущим западным государствам в предстоящие годы особо «педалировать» на армянском вопросе. А открытие рейса Ван-Ереван укладывается в рамки политики «мелких шагов» Турции во взаимоотношениях с Арменией, о чем прекрасно известно в Баку.

Одним словом, речь идет о «буре в стакане».

Тогда возникает вопрос: могут ли возникнуть серьезные, непреодолимые разногласия между Азербайджаном и Турцией? Если ответить очень коротко, то «нет». Но тогда  – почему?

Во-первых, начну с «мелочи», то есть, с экономики. Как бы сказал начальник тайной государственной полиции (IV отдел РСХА) нацистской Германии, группенфюрер СС и генерал-лейтенант Генрих Мюллер, «это совсем не мелочь», по крайней мере, в отношениях с Турцией.

 

К началу 2013 года общий объем инвестиций в экономику Турции со стороны Азербайджана составил более 11 миллиардов долларов. Речь идет буквально о последних пяти годах. Притом, это всего лишь «публичные» инвестиции.

Для сравнения — в течение двадцати лет независимости общий объем турецких инвестиций в экономику Азербайджана составил 6,5 млрд. долларов. То есть, всего за несколько лет Азербайджан вложил в экономику Турции почти в два раза больше. Азербайджан уже входит в первую пятерку внешних инвесторов в экономику Турции.

Государственная нефтяная компания Азербайджана (SOCAR) вовлечена в инвестирование ряда крупных проектов в Турции, среди них можно отметить газопровод TANAP и другие. Объем ожидаемых в последующие годы инвестиций из Азербайджана в Турцию оценивается в 21 млрд. долларов.

Это очень важный для Турции фактор. Особенно с учетом снижения уровня западных инвестиций из-за экономического кризиса и ограниченности внутренних ресурсов самой Турции.

Во-вторых, Азербайджан наряду с Грузией является важным звеном Южного энергетического коридора с выходом на Среднюю Азию. И тут речь не идет исключительно об обеспечении самой Турции энергоносителями. Турции не менее важно замкнуть на себе маршруты доставки энергоносителей на мировые рынки, прежде всего, на европейские. Этот фактор повышает геополитическую значимость Турции.

В-третьих, коридор Турция-Грузия-Азербайджан сохраняет для официальной Анкары потенциальную возможность выхода в тюркский мир Средней Азии.

В-четвертых, Азербайджан является союзником Турции в геополитических процессах, происходящих в регионе.

В-пятых, для официального Баку очень важно то, что Турция является единственным надежным союзником Азербайджана в регионе и посредником в решении некоторых спорных вопросов во взаимоотношениях с США.

Стороны нуждаются друг в друге, и никаких серьезных разногласий между ними быть не может. Однако, существуют факторы, прежде всего, субьективного характера, которые и являются причиной взаимных «мелких уколов».

Начну с того, что изначально не удалось наладить «личный контакт» между двумя лидерами — Ильхамом Алиевым и Реджепом Тайипом Эрдоганом.  Они слишком разные.  Эрдоган консервативен, религиозен, а Алиев все же является светским человеком.

Далее, неходимо учесть негативные последствия и влияние армянского вопроса, а точнее, подписание цюрихских протоколов. В Баку обижены на Анкару за то, что армяно-турецкие протоколы на время отодвинули на второй план вопрос урегулирования карабахского конфликта. Анкара, в том числе и Эрдоган лично, в свою очередь никак не может простить слишком уж жесткую реакцию официального Баку на подписание этих протоколов. Но существовали и существуют более серьезные проблемы.

Например, концепция министра иностранных дел Турции Ахмета Давутоглу «ноль проблем с соседями», реализуемая с 2008 года до конца 2010 года, внесла определенную неразбериху и дезориентацию во внешнюю политику Азербайджана. И дело не только и не столько в армянском вопросе. Официальный Баку просто вынужден учитывать сигналы, получаемые из Анкары при определении приоритетов внешней политики. Речь, прежде всего, идет об иранском и российском направлениях внешней политики. В отличие от Турции Азербайджану намного сложнее вносить кардинальные изменения в реализуемую внешнюю политику. А после провала концепции «ноль проблем с соседями» мы стали свидетелями резкого похолодания во взаимоотношениях Азербайджана с Ираном и Россией. Ведь инициатором потепления этих отношений, особенно с Ираном, выступала Турция. То есть, Азербайджан в определенной степени оказался в «заложниках» внешней политики Турции.

И, наконец, несмотря на активное сотрудничество в военно-политической сфере, Турция не торопится взять на себя конкретные обязательства по обеспечению безопасности Азербайджана, например, по размещению военных баз на территории своего союзника.  В Анкаре пытаются избежать  прямого противостояния с Россией.

1. http://www.trend.az/news/politics/2130166.html

2. http://ru.apa.az/news/243785

 

Share

Comments are closed.