Фактор нефти и газа: Азербайджан, Турция, Украина (Civilnet.am)

Лекция президента французской компании Petrostrategies в студии Сивилнет называлась  «Фактор нефти и газа: Азербайджан, Турция, Украина»[1].

Сивилнет приступил к новому циклу передач, который называется С-КАЧАР. Гостями передач в новом формате станут авторитетные специалисты в различных сферах, которые поделятся с осведомленной публикой своим опытом и суждениями и ответят на вопросы. Первым гостем студии стал Петрос ТЕРЗЯН. Лекция состоит из трех частей.

 

Часть 1: Каспийские ресурсы

Нефтяные резервы Каспийского моря составляют в целом 47 млрд. баррелей:

Казахстан — 40 млрд. баррелей,

Азербайджан — 5 млрд. баррелей,

Туркменистан — 1 млрд. баррелей.

Значимость каспийской нефти на мировом рынке невелика. Она составляет только 3% от мировых запасов нефти.

Что касается газовых ресурсов Каспийского моря, то они составляют 6% мировых запасов. По добыче газа на первом месте Туркменистан –  75 млрд. кубометров, и он в основном отправляется в Китай. Европа не является рынком для туркменского газа.

Объемы добычи Казахстана составляют 65 млрд. кубометров, Азербайджана – 17 млрд. По запасам газа эта очередность также сохраняется:

Туркменистан — 8200 млрд. кубов,

Казахстан — 1900 млрд. кубов,

Азербайджан — 1500 млрд. кубов.

После распада Советского Союза появились сведения о колоссальных запасах в Каспийском море, утверждали даже, что по ресурсам оно равноценно Персидскому заливу. Например, американские источники говорили, что в Каспийском море как минимум 200-233 млрд. баррелей нефти. Сегодняшние реалии подтверждают наличие только 47 млрд. баррелей. Причины таких заявлений были политические – значимость региона искусственно завышалась как плацдарм для политических проектов.

В Азербайджане после провозглашения независимости не выявлено и барреля нефти. Обнаружен только газ, а что касается нефти, то речь идет о запасах, оставшихся с советских времен.

Добыча углеводородов в Каспийском море – дело довольно сложное. Во-первых, нет выхода к свободным морям, и это колоссальная проблема. Во-вторых, есть проблемы с инфраструктурами. Нужно колоссальное оборудование, которое можно транспортировать только на кораблях. Но чтобы попасть в Каспийское море, суда должны пройти по каналу Волга-Дон. Проходимость этих каналов ограничена, и зимой они замерзают. Так что, очень сложно провезти оборудование в Каспийское море. Первым следствием этого становится то, что добыча здесь гораздо дороже, чем в других местах.

Другой проблемой, связанной с Каспийским морем, является то, что в верховьях – в российской и казахстанской частях – глубина слишком мала, всего 8-10 м. Размещать оборудование в этих секторах крайне сложно. Помимо мелководья, эта часть моря зимой замерзает. На юге – в иранском секторе – глубина достигает 300-400 м.

Неопределенность статуса Каспийского моря также является проблемой. До сих пор не решено, является ли оно морем или озером. Положения международного морского права не применяются в Каспийском море. Для некоторых приграничных стран это море, для других – озеро. Этот спор продолжается, в том числе, по политическим причинам. Некоторые страны, например, Россия могут многое потерять от уточнения статуса, потому что в этом случае откроются пути перекачки каспийских запасов в Европу.

Политика в отношении Каспия

Различные страны проводят в отношении этого региона различную политику.

Политику США в этом регионе можно охарактеризовать двумя словами – «ни через Иран, ни через Россию». То есть, газ или нефть отсюда не должны транспортироваться через Иран или Россию.

Политика Азербайджана непреклонна – пути не должны проходить через Армению, и нужно как можно дальше обходить Россию, чтобы не обрести зависимость.

Российская политика сводится к тезису «Каспийское море – без окончательного и полного статуса».

Турция проводит весьма удачную политику. Она делает так, что нефть и газ из Каспия транспортируются через Турцию. Чтобы обойти своеобразную блокаду Каспия, Турция использует свои региональные трубопроводы, ведущие в Европу.

Сначала азербайджанцы проложили небольшую трубу к грузинскому порту Супса. Потом было достигнуто соглашение о прокладке нефтепровода Баку-Джейхан – через Тбилиси к средиземноморскому побережью Турции. Еще один трубопровод был проложен для удовлетворения внутренних потребностей Турции. Турция начала получать газ также из Ирана, постепенно становясь важнейшей транзитной осью нефти и газа.

Часть 2: Украина и Турция

Интересно сравнить Турцию и Украину как транзитные страны. Целых два десятилетия Украина потратила на монопольный транзит российского газа, тогда как Турция за это время стала главной транзитной страной региона.

Украинский случай уникален в мировой истории. В 1991-ом, когда Украина провозгласила независимость, 100% поставляемого в Европу российского газа доставлялось по ее территории. То есть, положение Украины было просто блаженным – как в смысле денег, так и в политическом аспекте, поскольку она получила весомый козырь в переговорах как с Европой, так и с русскими. В 1991 году 80% продаваемого Украиной газа и 65% нефти были российского происхождения. Остальные 20% производилось в самой Украине, и это до сих пор так.

Тогда у Турции была всего одна транзитная труба, которая шла от Ирака к Джейхану. За последующие 20 лет ситуация резко изменилась, и в 2014 году сложилась совершенно иная картина.

Через территорию Украины сейчас транспортируется всего 24% российского газа, экспортируемого в Европу, стоимостью в 1 млрд. долларов в год, тогда как в 2013 году за транзит газа Украина получила 3 млрд. долларов. Утеряв транзитное значение, Украина сохранила зависимость от российского газа и нефти, поскольку объемы ее собственного производства не увеличились и остались на том же уровне.

Сейчас Украина задумывается о реверсе российского газа из Европы, поскольку объемы транзитного газа сокращаются и однажды могут прекратиться вовсе. Какая смена декораций: 10 лет назад Украина обладала монополией на транзит российского газа, а теперь собирается покупать российский газ через третьи страны.

За этот период Турция смогла пополнить число транзитных труб, которые исходят из Ирака, Азербайджана, Ирана. Обсуждается даже возможность прокладки трубы из Израиля. Кроме того, Турция расширила и источники экспорта газа – Алжир, Нигерия, и в энергетическом плане стала, вольно или невольно, независимой страной. Иными словами, она может экспортировать газ откуда угодно. Более того, в вопросе транзита газа и нефти от Турции зависят Ирак и Азербайджан, а также Европа.

В 1991-94 гг. в рамках проекта «Маленький Босфор» Турция стала пропагандировать целесообразность прокладки транзитных труб по ее территории, пытаясь сократить число танкеров, проплывающих через Босфор, и нарастить свою транзитную значимость.

Сейчас транзитная сеть Турции довольно густая, особенно, в сравнении с тем, что было 10-20 лет назад. Словом, Турция стала ключевой осью транзита нефти и газа в Европу. Самым важным из планируемых транзитных труб для Турции является TANAP – Трансадриатический трубопровод, который был выбран вместо Nabucco. Европейцы пытались убедить Азербайджан пустить свой газ в Европу через Nabucco. Но в итоге, все же, был избран TANAP, по которому газ из азербайджанского месторождения Шах-Дениз-2 может пойти в Европу.

Не нужно забывать, что до 1991 года Украины, как независимого государства, не существовало, следовательно, ее внутренняя газовая сеть считалась частью советской системы, и необходимости в счетчиках не было. После распада СССР внутренняя сеть стала внешней. В советские годы – в 1960-е, во время прокладки сети было решено, что она через Чехословакию достигнет Западной Европы. На вопрос, почему советский газ проходит всего через одну страну, в Москве отвечали, что контролировать одну страну проще. Примечательно, что потом возникли проблемы не во время раздела Чехословакии, а после провозглашения независимости Украины. Европейцы и русские – как газовые клиенты – предложили Украине установить счетчики в начале и конце труб, чтобы транзитная сеть отличалась от внутренней сети, и украинцы могли получать деньги за транзит без права на отбор газа. Украинцы отвергли это предложение, и из-за этого возникли сложнейшие проблемы на долгие годы.

Чего можно ожидать через 5 лет – в 2019 году?

Через 5 лет транзит газа через Украину может прекратиться. Европа не будет ощущать потребности в Украине как транзитной стране, и Украина может быть стерта с этой карты. Украина обладает потенциалом транзита газа в объеме 145 млрд. кубометров в год, который может быть просто не использован.

Через 5 лет в Турции будут трубы мощностью до 2.5 млн. баррелей нефти в день и 32 млрд. кубометров газа.

Часть 3: Сказка «Нового Кувейта»

В 1991 году, когда утверждалось, что в Каспии 200-230 млрд. баррелей запасов нефти, Азербайджан стали называть «Новым Кувейтом», который является важной с нефтяной точки зрения страной. И, чтобы «продать» Азербайджан дороже, его стали называть «Новым Кувейтом». Азербайджан ожидал хотя бы 100 млрд. баррелей, но сейчас его резервы оцениваются всего в 5 млрд.. Официально ожидалось, что в Азербайджане будет добываться 70 млн. т нефти, но на деле эта цифра составила 43 млн.. Почти 30 млн. разницы между ожиданиями и реальностью!

Как сказываются цены на нефть на государственном бюджете Азербайджана? Это очень важный вопрос. В бюджет поступает 66.8% от собственно прибыли, а не суммы экспорта. То есть, если 100 баррелей продается за 100 долларов, то в бюджете остается 66.8% не от этой суммы, а от чистой прибыли – минус расходы. А расходы довольно большие – в расчете на баррель 25 долларов, поскольку добыча в Каспийском бассейне непростое дело. К этому следует добавить и то, что цена за транзит одного барреля за каждые 100 км составляет 6.3 долларов. В случае с трубопроводом Баку-Новороссийск эти расходы составляют 2 доллара. Оптимальным вариантом мог бы стать выход через Иран к Персидскому заливу, против чего, естественно, в первую очередь выступают американцы.

Фактически, для того, чтобы направить свою нефть на внешние рынки, Азербайджан избрал самый дорогой вариант – Баку-Тбилиси-Джейхан.

Любое государство – экспортер нефти и газа, как правило, учреждает фонды, куда направляет часть поступающих от экспорта средств для следующих поколений. В случае с Азербайджаном это фонд «Софаз» (State Oil Fund of Azerbaijan). До сих в этот фонд поступило 90 млрд. долларов. На сегодняшний день осталось только 30 млрд., хотя грядущие поколения еще не наступили. Баку для покрытия брешей в своем бюджете вынуждено было за прошлые годы использовать 60 млрд. долларов из фонда. То есть, провалить экономическую политику.

Шах Дениз — 2

В 1996 году был подписан договор об эксплуатации месторождения Шах Дениз, в 1999 были обнаружены первые запасы, которые колоссальны – 1200 млрд. кубометров. Спустя 7 лет стал производиться газ первого этапа – 9 млрд. кубометров в год, 6 млрд. которых идет в Турцию. В декабре 2013 года было подписано соглашение на второй этап. Одним из постановлений данного соглашения стало то, что на экспорт должно быть направлено 16 млрд. кубов – 6 в Турцию, 10 в Европу.

Нередко азербайджанский газ представляется для Европы как надежда на спасение и альтернатива российскому газу.

Но взгляните на миг на реальность: речь идет о 10 млрд. кубометров, тогда как потребность Европы в газе составляет 500 млрд. кубов.

Предполагалось, что газ с Шах Дениза достигнет Европы в 2014 году, но сейчас называется в лучшем случае срок 2019 год.

Более того, Nabucco как проект можно считать мертвым, предполагалось, что в центре Европы —  в Австрии – он станет конкурентом российскому газу. Однако, получается, что азербайджанский газ пойдет южнее – в Италию, где будет конкурировать с ливанским и алжирским газом. То есть, экспорт азербайджанского газа в Европу не просто невелик в смысле объема, но и направлен на совершенно другой рынок и не будет конкурировать с российским.

Согласно сегодняшним данным, требуется 50.6 млрд. долларов, чтобы газ с Шах Дениз – 2 добрался до Италии. Это колоссальная сумма, то есть, это один из мировых проектов, требующих чересчур крупных расходов, пожалуй, самых крупных. В арабских странах достаточно потратить 15-20 тыс. долларов, чтобы создать возможности для экспорта барреля нефти или газа ежедневно. В случае с Шах Дениз эти расходы составляют 140 тыс. долларов.

Что останется после этого в азербайджанском бюджете? Следует прибавить к этому и то, что газ должен продаваться в Европе не в привязке к ценам на нефть, а по свободным рыночным ценам, которые ниже цен на нефть.

Часть 4: вопросы

О спаде добычи азербайджанского газа

Одной из причин того, что ожидавшиеся объемы добычи азербайджанского газа не удалось обеспечить, является то, что пришедший в 1993 году к власти в Азербайджане Гейдар Алиев потребовал от компании Бритиш петролеум,  руководящей консорциумом, эксплуатирующим каспийские месторождения, чтобы та максимально быстро приступила к добыче нефти, поскольку он срочно нуждался в деньгах для политических целей. Это называется ранняя добыча нефти — early oil. Вообще, наиболее эффективный способ добычи предполагает бурение скважин по всему месторождению и осторожную добычу. Когда бурят всего одну-две скважины для добычи, давление падает, и впоследствии добыть всю нефть не представляется возможным.

О доставках иранского газа в Армению

Иран едва обеспечивает свою потребность в газе. Государство субсидирует ежегодно около 100 млрд. кубометров газа и целый ряд других товаров широкого потребления, что привело к беспрецедентному росту объемов потребления газа. В результате Иран едва успевает удовлетворять собственный рынок, даже экспортирует газ из Туркменистана.

О турецко-азербайджанских отношениях

В турецко-азербайджанских отношениях принцип «хвост виляет собакой» меняется. Сейчас Турция на гораздо более выгодных позициях, поскольку диверсифицировала энергетические источники и стала самым важным региональным транзитным хабом – в отличие от Украины, которая растратила свои монопольные позиции. Азербайджанская политика Турции может в этих условиях измениться. Не исключается, что в будущем это может каким-то образом сказаться на отношениях с Арменией.

О газе для Европы,  альтернативном российскому

В предсказуемом будущем у Европы не будет альтернативы российскому газу. Санкции Европы в отношении России по украинскому вопросу будут сугубо символическими. Германские компании вовлечены в российские проекты по экспорту газа, и есть совместные интересы. Европа смирится с потерей Крыма, и велика вероятность того, что Россия и Европа придут по украинскому вопросу к каким-то соглашениям, но ни один европейский солдат не умрет за Украину.

О добыче сланцевого газа

В отличие от Соединенных штатов, Европа не может оперативно развивать добычу альтернативного – сланцевого газа сразу по нескольким причинам. Во-первых, в США чрезвычайно развиты газовые инфраструктуры, есть тысячи компаний (в отличие от Европы), которые в случае обнаружения сланцевого газа могут очень быстро развернуть его добычу. Для того, чтобы довести его до рынка, также нет проблем, поскольку внутренний рынок весьма развит – в отличие от Европы. Следующим обстоятельством является то, что США являются единственной страной в мире, где владелец земли имеет долю от обнаруженных на его территории ископаемых – в других странах недра считаются национальным богатством.

О транспортировке американского газа в Европу

Какое-то время США могут смягчить независимость Европы от России, поставляя сжиженный газ, но в этом случае Россия может снизить цены на газ, поскольку имеет больше возможностей для демпинга.

Подготовили Ани Григорян и Лилит Микаелян

Перевод «Аналитикона»

1.http://civilnet.am/pierre-terzian-oil-gas-lecture-c-academy

http://civilnet.am/pierre-terzian-oil-gas-lecture-c-academy-text

 

Share

Comments are closed.