Синдром войны

OsetiaМария ПЛИЕВА
Журналист
Цхинвал

Сегодня в Южной Осетии сложилась ситуация, в которой действительность настолько иррациональна, что есть некоторые экс-комбатанты,  участвовавшие  за последние 24 года в войнах в Южной Осетии, Абхазии и Северной Осетии, и которые снова решили взять оружие в руки. 24 июля сего года информационное агентство «Кавказский узел» сообщило со ссылкой на первоисточник о том, что добровольцы из Южной и Северной Осетий, принимающие участие в военных действиях в Донбассе,  ожидают прибытия 20 человек.

По словам руководителя осетинского отряда в Донецке Маира Плиева, погибших и раненых среди уроженцев двух республик нет. По его словам, югоосетинские участники боевых действий приехали не с целью получения материальной выгоды.

— Мы приехали сюда не из-за наживы. Небольшая сумма  денег, которую я забрал из дому в Цхинвале, уже на исходе, — заявил Плиев. В основном жители Южной Осетии выезжают в Донецк  тайно, не сообщая о своих планах даже своим семьям, говорят в Цхинвале. Так, о том, что житель республики Алексей Алборов уехал на Украину, его супруга Тамара узнала от друзей мужа.

В середине июля также стало известно о том, что один из осетинских добровольцев Тамерлан Еналдиев попал в плен к украинским бойцам батальона «Айдар».  Украинская сторона представила Еналдиева как помощника министра обороны Южной Осетии, что не является правдой.  22 июля телевизионный канал «АланияТВ» сообщил о том, что казаки Северной Осетии попросят президента России обменять Еналдиева на Надежду Савченко – украинскую летчицу, против которой в России возбудили уголовное дело. Савченко находится в данный момент в воронежском СИЗО.

Атаман североосетинского округа Межрегионального объединенного казачества России Константин Мириков сообщил журналистам, что Еналдиев не числится в их рядах. Мириков подчеркнул, что,насколько ему удалось выяснить, Еналдиев – гражданин Южной Осетии, выехал добровольцем на юго-восток Украины и находился там с гуманитарной целью – помогал жителям Донбасса, раненым и беженцам, помогал медикаментами. Никакого вооруженного участия он не принимал. Мириков отметил и то, что не понятно, как российское государство может обменять его на профессионального военного Савченко. Он гражданин Южной Осетии. Россия туда своих добровольцев не отправляла.

Несмотря на сложность ситуации, югоосетинские власти воздерживаются от комментариев. Не спешит с заявлениями и спикер парламента республики Анатолий Бибилов, весной этого года призывавший осетин записываться добровольцами для поездки на Юго-восток Украины.

Партия Бибилова «Единая Осетия» получила большинство мест в парламенте после недавних парламентских выборов, прошедших 8 июня 2014 года. Именно партия Бибилова призывала провести референдум о присоединении Южной Осетии к России. Бибилов не раз говорил о том, что нужно «помогать» России, нужно посылать добровольцев на Украину. На теме присоединения Южной Осетии к России и дискуссий вокруг нее партия смогла себя «пропиарить». После прошедших выборов эта тема сошла на «нет», так же, как и все планы Бибилова.

На эту тему в осетинском обществе Севера и Юга развязалась серьезная дискуссия, которую можно наблюдать на различных интернет-форумах и в социальных сетях. Одни говорят, что осетинские добровольцы в Донбассе – герои, другие их называют «дураками».

— Да, никто их никуда не отправляет. Просто, есть категория людей, которые кроме как воевать, нигде не могут приспособиться. Для них — проживших большую часть жизни с автоматом наперевес тяжело адаптироваться к нормальной мирной жизни. Это почти как диагноз военного синдрома, вот они и едут. А то, что они неразумные люди — тоже верно. И так нас на двух ладонях сосчитать можно, а эти под пули, — делится своим мнением в блоге журналистка Мария Котаева.

Один из бывших экс-комбатантов Ахсар Бежанов пишет о том, что части населения просто не на что зарабатывать деньги, и они ищут способы их заработать вне республики. Он также подчеркивает, что это их жизнь — и им самим распоряжаться своей жизнью.

Казалось бы, гражданам Южной Осетии должно быть все равно, куда едут их сограждане, чтоб умирать, но есть люди, которые с этим тезисом не согласны. Есть также мнение, что осетины поехали в Донбасс воевать за то, что Украина в 2008 году активно способствовала вооружению Грузии, а также посылала туда своих инструкторов. А то, что добровольцы туда поехали, означает «наш ответ Чемберлену».

Другие же считают, что на Украину едут «лишние люди», то есть те, которым ни работу не дают, ни кредитов, ничего.

— Это не то место, где можно деньги заработать. Наша пассивная власть не решает проблем народа. Трудоустройство молодых парней – очень важная часть нашей внутренней политики, а эти только одних и тех же двигают по местам попусту, — пишет правозащитница Фатима Маргиева.

По мнению конфликтолога Алана Парастаева, в Донецк нужно послать отряд, если не от имени Министерства  Обороны, не как боевую единицу, тохотя бы как волонтеров, для помощи в тылу:

— Мы же их признали! И уверен, что в документе о признании есть пункт о военной и гуманитарной поддержке. Почему не начать соблюдать его уже сейчас, когда это особенно нужно. Или у нас политика делается  только на бумаге. Я против того, чтобы наша молодежь ехала на Юго-восток. Но раз уж это свершившийся факт, то его надо соответственно оформить на государственном уровне, — пишет в своем блоге эксперт.

Действительно, 18 июня Южная Осетия признала ЛНР, и сразу 27 июня она признала и ДНР.

Парастаев считает, что признание – это в первую очередь поддержка, а поддержка для воюющей республики — это в первую очередь и есть военная помощь.

— Но поддержать на международном политическом уровне у нас, к сожалению, пока нет ни сил, ни ресурсов. Мало того, признание Луганщины наносит определенный удар и по нашему политическому имиджу в глазах  Международного сообщества. И сколько бы мы его, это сообщество,  не критиковали, именно от его мнения зависит уже наше признание. То есть, своим признанием ЛНР мы дезавуируем собственное признание, — подчеркивает конфликтолог Алан Парастаев.

По его словам, однако, не помочь как-либо Югу Украины Южная Осетия не может. Он считает, что для этого есть другие возможности, например: предоставить кров беженцам из воюющих областей, проводить политические акции в поддержку ДНР и ЛНР, инициировать поездку туда наблюдателей и дать независимую экспертизу происходящим там событиям.

— У нас ведь есть серьёзный опыт в этом направлении. Сколько лет мы сами участвовали в разрешении нашего же  конфликта  в составе СКК вместе с ОБСЕ, Россией и Грузией. Многие из нашего политического руководства сами были активными участниками этого процесса. Им ли не знать, как надо действовать в таких случаях, — резюмировал Алан Парастаев.

Однако, способны ли власти Луганской и Донецкой Республик к тому, чтобы строить отношения на политико-правовом уровне, еще не ясно, тем более, находясь в Южной Осетии в этом сложно разобраться. И судя по развивающимся в сфере международной дипломатии событиям, политическая элита России тоже мало понимает, как прийти к консенсусу с Украиной. Остается только пожелать, чтобы стороны сели за стол переговоров и прекратили кровопролитие.

Share

Comments are closed.