Бьет, значит, любит? Насилие в грузинской семье как запретная тема  

Эдита БАДАСЯН
Журналист
Тбилиси

С детства всем нам знакома фраза – бьет, значит, любит. И хотя я ее слышала множество раз, никогда не могла понять смысла — в чем суть насильственной любви, насильственных отношений? Как человек, который любит тебя, может хладнокровно убить тебя?

На Кавказе, в частности в Грузии, мужчина ассоциируется с воином, с храбрецом, который готов защитить свою семью от любых бед.  Когда в Грузии поднимают тост за женщин, мужчины встают в знак глубокого уважения. Это звучит и выглядит красиво, достойно. А на деле оказывается, что многим женщинам в Грузии приходится защищаться от своих собственных мужей. Причем, принять решение, что надо защищаться, так же сложно, как и признать, что ты стала жертвой семейного насилия.

Еще сложнее сказать об этом публично. И на это есть причины. В обществе сначала продемонстрируют некоторую долю сострадания, но тут же наперегонки примутся обвинять женщину. Дескать, сама виновата, провоцирует, значит. Ну, и поделом ей тогда. В завершение такая речь обычно приправляется словами о том, что надо терпеть, ведь у нас традиция такая. Якобы. А самый главный аргумент, который мне зачастую приходилось слышать, и вовсе сбивает с толку и деморализирует: мы — традиционная страна, и женщины у нас ну уж чересчур подняли головы… Аж так, что у мужчин на этом фоне комплексы появились.

В смутное время – в начале 90-х годов, когда вследствие войн и других причин грузинская экономика практически рухнула, потеряв 70% от прежде достигнутого развития,  женщины спасли страну от голода. Я о тех женщинах, которые уехали в другие страны на заработки и по сих пор там находятся, ежемесячно высылая деньги в семью. На одной из встреч с женскими НПО президент Национального банка Грузии Гиоргий Кадагидзе сообщил, что по сей день денежные переводы от женщин, работающих за границей, составляют ежегодно сумму до 800 миллионов долларов, что сопоставимо с суммой, полученной от экспорта цветных сплавов, орехов, вина и минеральной воды.

Однако, несмотря на это, женщины до сих пор остаются уязвимой категорией. Спасти страну они смогли, а защитить себя [от рутинного насилия] до сих пор не сумели – утверждает он.

В Грузии существует распространенный стереотип, что жертвами семейного насилия чаще всего становятся малообразованные женщины в регионах. Но громкие убийства, случившиеся в Тбилиси год назад, заставили посмотреть на проблему с другого ракурса. Волна феминицида (согласно уголовной статистике, за 2014 год было убито 34 женщины) заставила общество взглянуть на ситуацию более трезво. Стало очевидно, что произойти это может с кем угодно и где угодно, вне зависимости от места жительства, образования и социального статуса. Лектора университета Маку Цивцивадзе бывший муж застрелил прямо в коридоре учебного заведения. Работницу Дома юстиции (იუსტიციის სახლი) Софо Зурабиани бывший муж застрелил на автобусной остановке возле её дома.

Казалось бы, все предельно понятно  —  есть жертва, есть убийца, и ясно, кому надо сострадать. Однако, даже в этом случае нашлись люди, которые попытались оправдать эти убийства. Непонятная для меня солидарность с преступниками делает этих людей символическими соучастниками трагедии и преступления. «Растут» эти риторики из всем знакомых ситуаций, когда соседи слышат постоянную ругань, крик и угрозы в соседней квартире, но не считают нужным даже вызывать патруль. Их «железный»  аргумент: они семья, сами разберутся; не стоит вмешиваться, чужая семья потемки.

Ещё одно страшное явление, когда семья жертвы знает, что муж жестоко избивает их дочь, но не спешит защищать её, потому что не хотят приводить дочь назад домой (символически и фактически может равняться разводу супружеской пары). Объясняют это тем, что стыдно, что скажут люди, лучше женщина потерпит еще немного.

Современная грузинская писательница и журналист Нино Тархнишвили согласна, что в обществе это непопулярная идея, и что в смерти женщин в Грузии часто обвиняют также женщин. Но, к сожалению, старшие женщины и их патриархальные нравы —  одни из главных соучастниц этих трагедий. Точнее сказать  —  матери. Нино написала миниатюру о матерях жертв, в которой она критикует их за бездействие и отсутствие солидарности. «Матери, которые очень часто мыслят такими же стереотипами, что и мужчины: мы, женщины — слабый пол, а мужчина — глава семьи; никто не спрашивает мнение женщины, а жена должна слушать мужа, и это наша судьба. По логике, стереотипы эти должны разрушить женщины. Матери должны стоять на защите своих дочерей, которых унижают мужья. У меня есть единственная дочь, и я не могу себе представить, что должно случиться, чтобы я от нее отвернулась, или же посоветовала ей то, что несет угрозу для ее жизни. В прошлом году, когда, к прискорбию, фемицид стал таким актуальным, я часто слышала по телевизору комментарии матерей убитых девушек, которые говорили, что знали, что их дочери подвергались насилию, но не думали, что дойдет до убийства. И именно после тех передач я решила написать эту миниатюру. После её публикации в социальной сети появились кардинально противоположные комментарии, и это все в процессе сейчас, продолжается. Часть женщин благодарят меня за мой литературный труд, другая часть считает, что я не имею права усугублять страдания матерей убитых женщин. Я знаю, что это очень жестокая, душераздирающая правда, но иногда именно она может привести к выходу из сложнейшей ситуации. Если после прочтения этой миниатюры хотя бы одна женщина задумается и изменит свое мнение относительно того, что женщина должна терпеть насилие, потому что это наша судьба, то буду считать, что миниатюра написана не зря», — говорит Нино.

В свою очередь, региональный координатор национальной сети «Защита от насилия» Элисо Амиреджиби, которая на протяжении многих лет работает по защите, помощи и адвокации жертв семейного насилия, вспоминает, что когда в 1998 году НПО инициировало тему домашнего насилия, эту тему  в Грузии вообще не воспринимали как острую проблему. В отличие от того периода, сейчас проблема вышла на публичные дискуссионные площадки. По мнению эксперта, в Грузии доминирует патриархальная идеология, из которой систематически черпает всё общество. Именно это является ключевым фактором, влияющим на ход дискуссий о проблеме.

«Люди, у которых есть различные привилегии в нашем патриархальном обществе, имеют также власть влиять и на других людей, причем такая власть зачастую в обществе воспринимается как легитимная. Те же, кто такой силой не обладает (например, женщины и другие уязвимые социальные группы), часто пытаются, так сказать, соответствовать той системе, поддерживая доминирующие идеи гегемонной патриархальной культуры. Обсуждать проблему открыто  мешает система  незыблемой патриархальной идеологии, которая создает и укрепляет несправедливую социальную систему. Перебороть это практически будет невозможно до тех пор, пока не будет проведен критический анализ, пронизывающий  все  общественные уровни и страты.  Проблема семейного насилия обусловлена еще большей проблемой гендерного неравноправия, и эти отношения показывают, насколько  насилие нормализовано в обществе»,- говорит Амиреджиби.

В свою очередь, представитель Фонда «Сухуми», который также с 2001 года активно работает в пределах этой темы, Лали Шенгелия заявляет, что в 2006 году в Грузии был принят закон «Об искоренении семейного насилия, защите и помощи жертв насилия в семье»: «Была разработана определенная стратегия. 2015 год по указу президента Грузии объявлен годом женщин. Но в реальности жертвы семейного насилия находятся один на один с проблемой»,- делится Шенгелия. Отвечая на вопрос, ЧТО должно сделать государство для помощи жертвам семейного насилия, Шенгелия говорит об усовершенствовании законодательства как самом значительном приоритете.

«Сложные препятствия связаны с тем, что не существует государственного финансирования и соответствующих программ. Нет достаточного количества реабилитационных центров с бесплатной юридической, психологической консультациями (в особенности надо усилить институт психолога в школах).  Местная власть должна активнее включаться в процесс предупреждения насилия и помощи жертвам, а для этого в бюджете необходимо выделять фонды. Эти средства нужны на то, например, чтобы на время снять квартиру с целью изолирования жертвы от насильника; открыть женский реабилитационный центр; рекомендуется претворить меры по информированию молодежи на тему семейного насилия. Государство может активно сотрудничать с неправительственным сектором, используя его услуги. Необходимо последовательнее работать над изменением общественного сознания и активно включить в это СМИ. Насилие в обществе, в целом, тяжелейшая проблема, и государство в сотрудничестве со всем обществом обязано защитить жертв насилия, выделить ресурсы для программ по предупреждению насилия и помощи жертвам насилия»,- настаивает  Лали.

Share

Comments are closed.