Этно-националистические процессы в Османской империи: конец 19 – начало 20 вв.  

Hasmik-photo (1)


Асмик ГРИГОРЯН
Культуролог-геноцидовед
Ереван

В 19 веке в европейских странах особый размах получили этно-националистические движения, которые, сформировавшись в аристократических кругах (с целью свержения империй и колониальных государств), развивались потом по модели утверждения примата этноса.

Механизмы их формирования в среде различных народов повторяются по одной схеме. Английский исследователь Бенедикт Андерсон считает, что формирование этноса и национализма теоретически связано с трансформациями в культурных системах. В конце концов, во многих местах национализм воспринимается как государственная идеология и становится основой внутренней и внешней политики. Согласно мнению чешского (этнического еврея) философа и социального антрополога Эрнеста Геллнера, национализм – это в первую очередь политический принцип, в котором политические и национальные единицы накладываются друг на друга.

Начавшийся еще раньше в Османской империи процесс национализации в начале 20 века обрел этно-националистические особенности.

В 1908 году офицеры османской армии во главе с «младотурками» подняли восстание: в результате переворота была свержена власть султана Абдул Гамида II-го и восстановлена Конституция 1876 года. Младотурки пришли к власти на лозунге «свобода, равенство, братство» и заявили об османской политике «равноправия всех народов», хотя на деле руководствовались шовинистскими идеологиями тюркизма и пантюркизма.

В конце 19 века в основу национализма закладывались в основном религия и язык, потом уже сформировался этно-национализм, в основу которого был заложен принцип выявления всей этнокультуры. Идеолог младотурок З. Гек-Альп отмечает: «До формирования тюркизма в нашей стране существовало две «культуры» – религиозная (ümmet) и западническая (Tanzimat), которые были не столь дружественны друг к другу». Согласно Н. Кемалю, в результате столкновения двух этих культур в среде молодежи формируется новая идеология, которая может совместить обе культуры. Эта идеология – тюркизм, которая, фактически, заменила уммет национальной идеей, а танзимат – современной цивилизацией.

В 1904 году идеолог пантюркизма Акчураоглу Юсуф опубликовал статью «Üç Tarz-ι Siyaset» («Три основы политики»»), в которой предлагается три пути объединения Османского государства – османизм, панисламизм и тюркизм. Детально рассмотрев положительные и отрицательные стороны всех трех направлений, он предложил в качестве лучшего решения третье – «турецкую национальную политику, основанную на турецкой расе». Тем самым он уже обозначает две важные компоненты формирования этнокультуры Османской империи – антропологический тип и идею общей этимологии.

Фактор важности турецкой нации в годы правления младотурок уже превратился в модель «избранного народа», закрепившись в идеологии пантюркизма. На четвертом съезде младотурок, состоявшемся в 1911 году в Салониках, пантюркизм был объявлен комплексной политикой. Во время съезда было принято решение возродить старую тюркскую культуру, традиции, популяризовать доосманскую тюркскую историю, язык, литературу и религию. В подписанных в 1920 году британских государственных документах турецкая политика описывается так: «Не может быть других наций, кроме османских турок, другого государственного языка, кроме турецкого, и другого руководства. Это программа для одной расы, одного языка, одного руководства».

В среде турецкой интеллигенции идея культурного ренессанса имела также западническое влияние, что было связано с интенсификацией дискуссий о национальной идентичности и самосознании в 20 веке. Турецкие национальные деятели живо интересовались западными теориями в области философских и социальных наук. После неудачных революций в Венгрии и Польше в 1848 году проживавшие там турецкие интеллигенты перебрались в Османскую империю, привнеся с собой националистические идеи Восточной Европы. Турецкие национальные деятели, будучи обеспокоенными общественно-политическими проблемами Турции, искали их решения в различных доктринах западного буржуазного национализма.

Сулейман паша в своей работе «Tarih-i Alem» («История мира») представил доосманскую историю турок с националистической точки зрения. Этот тезис перенял З. Гек-Альп, который называл «золотым веком» турок доисламский период. «Мы приняли веру арабов, персов и европейцев», говорит мудрец в стихотворении «Kιzιl Elma» («Красное яблоко»). Гек-Альп гордится такими «тюркскими» захватчиками, как Аттила, Чингиз хан, Тимур, Бабур. Особое значение придавалось туркам и скифам, якобы, имеющей место генетической связи самаритян и нынешних турок. В 1911 году в журнале «Yeni Hayat» («Новая жизнь») была опубликована статья З. Гек-Альпа, в которой он пишет, что «согласно германскому философу Ницше, турки – сверxчеловеки… Новая жизнь родится из тюркизма».

Литераторы того времени в своих работах достигали грани радикального расизма, проповедуя исключительность турок. В младотурецкой прессе о турках стали говорить преимущественно как о «milleti hâkime» («доминирующей нации»).

Представитель интеллигенции Мехмет Изет в еженедельнике «Hayat» («Жизнь») пишет, что турки могут получить «доминирующую роль» только при условии очищения «турецкой расы». В турецкой прессе того времени, исторических исследованиях, литературных произведениях все время повторялись тезисы об «особой миссии» турок в мире, отмечалось их превосходство в отношении других народов. «Турки были известны с древних времен еще грекам, евреям, персам», пишет газета «Ikdam» («Прогресс»). В оборот была запущена мысль о том, что войны, которые вели турки, имели «цивилизационный характер», а без войны невозможно «распространять культуру и закон».

Таким образом, в Османской империи возникла необходимость ренессанса турецкой культуры, и не только в среде аристократии, но и в обществе, где необходимо было закрепить тюркизм, и он должен был проникнуть во все сферы культурной жизни общества и быть доступным для всех. Для сближения граней аристократии и простого люда и развития турецкого самосознания лучшим «инструментом» мог служить язык. С этой целью были осуществлены работы по приближению литературного турецкого языка к народному и его упрощению. Поэты Р. Тефрик и М. Эмин стали писать на языке, близком к вульгарному.

М. Эмин опубликовал свою известную поэму, которая начинается со слов «Ben bir Tür­küm, dinim, cinsimuludur» («Я турок, моя вера, моя раса благородны»). Она была написана на публичном языке с турецкой орфоэпикой. В сфере языка и литературы активную пропаганду тюркизма проводили организации «Yeni Lisan» («Новый язык») и «Yeni Hayat». Печатным органом первой была газета «Genç Kalemler» («Молодые писатели»), а второй — «Yeni Felsefe» («Новая философия»). Влияние З. Гек-Альпа было столь велико, что на турецкий был переведен и Коран, и в некоторых константинопольских мечетях служба стала проводиться на турецком языке.

Идеологи тюркизма с целью выстраивания национального сознания привлекали народные массы в культурный активизм. Например, большая значимость придавалась «массовым театрам», которые бесплатно могли посещать представители всех категорий населения. Особой популярностью пользовался османский народный театр «Kara Göz» («Черные очи»), в репертуаре которого были пьесы, прославляющие историю турок.

Одной из этноцентричных-этнонационалистических идей тюркизма считались представления об общей родине – Туране. До 19 века понятие «родина» в Османской империи имело несколько значений, оно трактовалось как «место происхождения» и «место проживания». А Джевдет паша отмечал, что родиной турецкого аскера является сельская площадь.

Лидеры младотурок переняли принципы «Доктрины Монро»[1], провозгласив лозунг «Турция для турок». Лозунгом «Назад в Туран» турецкие шовинисты вновь возвращались к «тюркским корням». З. Гек-Альп в стихотворении «Туран» просит Бога вернуть турок в «золотой век», чтобы «объединить родину турок…» Он считал, что границы родины тюрок должны простираться так далеко, как далеко простирается тюркский язык и политическая культура турок. Он считал, что этой родиной является не Турция или Туркестан, а Туран.

Они хотели создать однородную родину и прочертить ее «этнические границы». Анатолия была провозглашена «священной родиной» турок, с которой они связали все надежды на будущее. Тема Анатолии в начальный период широко обсуждалась в издававшихся в Каире газетах «Anadolu» и «Türk», а впоследствии – в младотурецкой прессе. Примечательно то, что в понятие «Анатолия» идеологи тюркизма внесли не только географическое пространство Анатолии, но и всю Западную Армению, назвав ее «Восточной Анатолией». Это означало, что правом проживать на этой территории обладали только турки и исповедовавшие ислам народы.

Формирование турецкого национального самосознания, естественно, привело к необходимости определить понятие «нация», актуальное в Европе, что было довольно сложно и проблематично в мультикультурной, мультиэтничной и мультиконфессиональной Османской империи. З. Гек-Альп впервые попытался дать определение туркам, назвав, в частности, анатолийских турок «нацией». Согласно его определению, турецкая нация – это совокупность индивидов с общим языком, религией, этикой и эстетикой. Но поскольку данное определение противоречило идеологии пантюркизма, нужно было дать такое определение, чтобы понятие «турок» включало в себя все тюркоязычные народы. И З. Гек-Альп дал это новое определение, согласно которому «нация» — это совокупность индивидов с общим языком, религией и ареалом.

[1]Декларация внешней политики США «Америка для американцев», которая 2 декабря 1823 года была провозглашена президентом Джеймсом Монро.

Share

Comments are closed.