Когда обнаруживаешь, что твой любимый – убийца…

ANDERSON_PHOTO-0113 декабря 2015 г на острове Ява, в Индонезии в возрасте 79 лет умер известный социолог и политолог, неомарксист Бенедикт Ричард О’Горман Андерсон. Андерсон внес значительный вклад в парадигмальные дискуссии о национализме – об одном из самых злободневных явлений современности, тем самым переломив идейно-методологическую картину в социальных науках. Он, собственно говоря, изменил сам язык, на котором стало возможно сегодня говорить о нациях и национализме.Книга, которая принесла ему мировую славу, его magnum opus, увидела свет в 1983 г. – это Воображаемые сообщества: размышления об истоках и распространении национализма. Удивительная по своей силе книга стоит в одном ряду с парой других, не уступающих ей по своему влиянию на основные тренды в мире социальных идей (Изобретение традиции под ред. Эрика Хобсбаума и Теренса Рейнджера (2000 г.); Нации и национализм Эрнеста Геллнера (1991 г)). Этот краеугольный текст бросает вызов европейским нарративам XVIII века, вдохнув жизнь в многогранное понятие печатный капитализм и целый ряд других. Она стала реакцией на то бессилие и объяснительные лакуны, которые марксистская теория продемонстрировала в вопросе о национализме, в свою очередь, попытавшись создать работающую, непротиворечивую теорию наций и национализма.

По сути дела, Андерсон просто написал самый популярный гуманитарный текст 1980-х, который перевернул представления о национализме как о чём-то а) исконном и древнем; б) всегда махрово-реакционном и в) спонтанно возникающем из предубеждений и предрассудков. Бенедикт Андерсон показал, что у национализма есть творцы, пропагандисты и бойцы – это армия краеведов, картографов, писателей, музейщиков, учителей истории и даже переписчиков населения. И его открытие, вроде бы, такое очевидное и лежащее на поверхности, сошло как озарение, а именно, что национализм становится возможен только в современном мире, где власть более не может быть оправдана божественным; что национализм становится высшей ценностью, дающей энергию как созидания, так и разрушения социальных отношений больших групп; и что при этом национализм связан с капитализмом, рынками, распространением грамотности и газет. Вот такое резюме, если суммировать.

Семейная история Андерсона имеет немало захватывающих транснациональных измерений, что придало утонченному образованию всех троих детей Андерсонов – Бенедикту, Перри и Мелани —  особое стереоскопическое качество мышления. Его брат, Перри Андерсон, много лет был редактором лондонского издания Нью Лефт Ревью (New Left Review), на страницах которого он как-то и опубликовал коротенькую статейку под названием После Кемаля (After Kemal) — про топонимические грани рутинного повседневного национализма и фашизма. Он обратил внимание на название улиц в городах современной Турции – по именам воинствующих националистов и фашистов — Энвера, Талаата и др. —  и сравнил это с тем, как если бы в современной Германии проспекты назывались бы именами Адольфа Гитлера и его сподвижников (там как раз всё обстоит прямо наоборот, однофамильцы Гитлера меняют хотя бы одну буковку в своем фамильном имени, лишь бы ни в коем разе не ассоциироваться с ним). Сам Бенедикт Андерсон после двух с лишним лет полевых исследований в Индонезии, как он сам это охарактеризовал, безнадежно влюбился в традиционную яванскую культуру и вступил с ней с тех пор в любовные отношения.  Разочарование, кстати, наступило, когда в результате военного переворота в Джакарте в 1965 г. Сухарто устроил кровавую баню компартии Индонезии, во многом состоявшей из этнических китайцев и прочих «инородцев», на которых военные натравили отряды погромщиков из «коренных» национальностей.

Андерсон был тогда безмерно подавлен и снова писал о своих ощущениях в метафорах любви и близких отношений – о той горечи, когда обнаруживаешь, что твой любимый убийца. Вряд ли эмоциональные риторики всплывали случайно. Согласно Андерсону, нации вдохновляют к беззаветной любви и часто к самопожертвованной любви, а национальная проза, поэзия, искусство, музыка, призваны показывать эту любовь в многочисленнных ее формах и стилях.

Реагируя на утрату, “Аналитикон” посвящает свой очередной выпуск теме национализма, его истоков и проявлений.

Редакция журнала “Аналитикон”

Share

Comments are closed.