Южный Кавказ – «зона столкновения» российских и турецких интересов

 

Gevorg-photo-nb
Геворг ПЕТРОСЯН
Тюрколог
Ереван

 

В ноябре 2015 года истребители ВВС Турции сбили выполнявший в Сирии боевое задание российский штурмовик Су-24. Инцидент кардинально изменил развивающиеся до этого в положительной динамике российско-турецкие отношения. Открылась очередная проблемная страница в многовековой истории российско-турецких отношений, которую, однако, спустя всего пару дней после инцидента стороны пытались поскорее перелистать. Москва и Анкара проявляют политическую волю по выходу из обоюдно невыгодного кризиса (в экономическом плане Турция пострадала больше), и публичные проявления этой воли стали заметны с июня 2016 года, когда президент и премьер Турции поздравили своих российских коллег с Днем России. Спустя несколько недель поступило письмо президента Эрдогана руководству России, которое местные источники расценили как «извинение». За этим в конце июня последовали телефонные переговоры Эрдогана и Путина.Процесс урегулирования продолжается, хотя стороны пока не достигли примирения. Очевидно, что ни для Анкары, ни для Москвы нынешний характер отношений не выгоден, и на смену эмоциональным обвинениям приходят рациональные, прагматичные подходы. Вновь актуализируется вопрос экономического сотрудничества: фактор, который в последние годы покрывал бреши в турецко-российских отношениях, связанные с геополитическими проблемами, в частности, сирийским кризисом и событиями в Украине. Стороны были, есть и останутся стратегическими конкурентами: конкуренция эта распространяется и на Южный Кавказ – регион, веками являвшийся стратегическим и для русских, и для турок. Регион и сейчас не утерял своей значимости.

Российско-турецкие отношения: «партнеры» или «конкуренты»?

В последнее время часто звучит вопрос, чего следует ожидать от развития российско-турецких отношений для нашей страны и региона в целом. До того, как перейти к анализу сегодняшней ситуации, следует, пожалуй, оценить османо-царские, турецко-советские, а затем и турецко-российские отношения, которые в целом можно охарактеризовать как проблемные, соревновательные, а в определенные исторические периоды – враждебные.

Последний период российско-турецких отношений имеет свою особенность – приоритетом их стало развитие экономического сотрудничества. Обе страны стали друг для друга важнейшими торгово-экономическими партнерами, доведя товарооборот до 30 млрд. долларов. Россия является важным партнером Турции в поставках газа (РФ – главный поставщик газа для Турции), в туристической отрасли и строительном подряде, а турецкая сторона обеспечивает сельхозпродукцию, одежду. Кроме того, Россия строит в Турции первую АЭС, намечается проект «Турецкого потока» и так далее.

А вот по большинству геополитических и военно-стратегических вопросов Москва и Анкара находятся по разные стороны баррикад. Южный Кавказ, как было отмечено выше, с политической, экономической и военной точки зрения является зоной столкновения интересов Турции и России. Правда, в последние годы это проявляется не так остро, как, например, в Сирии. Тем не менее, в историческом разрезе и в более широкой перспективе Южный Кавказ останется ключевым в политике и Турции, и России.

Роль Армении и региона для России и Турции 

Как и 10, и 5 лет назад урегулирование армяно-турецких отношений не укладывается в рамки российских интересов. Москва каждый раз подчеркивает, что Южный Кавказ входит в зону ее политического влияния. И действительно, присутствие России здесь намного ощутимее, чем стремление Турции расширить зону своего влияния в Южном Кавказе. Конечно, у России серьезные проблемы с одной из стран региона – Грузией, но и у Турции закрытая граница с Арменией, с которой у нее отсутствуют дипломатические отношения, что является серьезным препятствием для Анкары в деле углубления военно-политического и экономического влияния в регионе. Это препятствия для обоих государств.

Хотя между Турцией и Азербайджаном налажены особые отношения, но Баку в свою очередь пытается сохранять сбалансированные отношения с Москвой, понимая роль российского влияния в регионе. Это в определенной мере снижает потенциал наращивания Турцией влияния на Азербайджан.

России, в свою очередь, не нужно урегулирование армяно-турецких отношений потому, что Турция, которая продолжает оставаться военно-политическим конкурентом для Москвы, может нарастить свое влияние в Южном Кавказе. В то же время, урегулирование армяно-турецких отношений Москва рассматривает как признак изменения внешнеполитического курса официального Еревана и появления возможности для более самостоятельных его действий. В этом деле важен подход Азербайджана, который принципиально против армяно-турецкой нормализации.

Турецкая внешняя политика находится на «постдавудоглинском» этапе – Анкара пытается избежать возникновения новых проблем и предпринимает меры по нормализации испорченных отношений с региональными акторами. В этих условиях нормализация отношений Турции с Арменией может означать серьезное столкновение с Азербайджаном, чего Анкара на данном этапе пытается избежать. Учитывая апрельскую агрессию Азербайджана, шаги Турции в направлении Армении могут вызвать более острую реакцию у наших восточных соседей. Вряд ли Турция предпочтет налаживание отношений с Арменией ухудшению связей с Азербайджаном, с которым у нее важные политические и экономические связи. Но наряду с этим и другими сдерживающими факторами логика последних внешнеполитических трансформаций Турции указывает на то, что Анкара попытается активизироваться и на Южном Кавказе, где, особенно в отношениях с Арменией, вынуждена будет действовать осторожно, чтобы не столкнуться с сопротивлением России и Азербайджана. Таким образом, следует ожидать активации Турции в Грузии и Азербайджане, а также, в зависимости от конъюнктуры, и в политике Армении. Сейчас возможности для более активной политики Турции в Южном Кавказе ограничены, хотя в контексте внешней политики Турции аппетиты Анкары явно нарастают.

Для рассмотрения перспектив армяно-турецких отношений важно также вступление Армении в ЕАЭС, чем еще раз подчеркивается внешнеполитический курс властей Армении, который в корне отличается от приоритетов Турции, являющейся членом НАТО и подавшей заявку на вступление в ЕС. Можно сказать, что нынешняя политика властей Турции и Армении, а также региональные развития еще больше отдаляют вероятность урегулирования армяно-турецких отношений, чему, однако, противостоят новые нотки во внешней политике Турции.

Российско-турецкий процесс и вероятное воздействие на Армению 

Последние развития в российско-турецких отношениях порождают новые вопросы в связи с их вероятным воздействием на Армению и Арцахский конфликт. Безусловно, армянская тематика имеет важное значение как для Анкары, так и Москвы, но на нынешнем этапе восстановления отношений вряд ли можно ожидать активных обсуждений по этой теме. Стороны должны еще вернуться к уровню до 24 ноября 2015 года. Для этого нужно время и немало усилий. На этапе российско-турецкой эскалации можно было увидеть попытки России актуализировать вопрос Геноцида армян с целью запугать Турцию, но дело до серьезных шагов и практических мер не дошло. В постмайский период восстановления отношений Россия будет избегать подобных шагов, чтобы не создавать лишней напряженности. Можно констатировать, что конфронтация Турции и России за прошедшие месяцы в политическом смысле никак не сказалась на интересах Армении.

Говоря о российско-турецких отношениях и роли Армении в них, важно вспомнить историческую истину, гласящую, что Армения и армяне страдали как от слишком тесных российско-турецких отношений, так и резкого их ухудшения. В первом случае Армения, увы, становилась предметом торга (вспомните хотя бы соглашения между кемалистами и большевиками), во втором – театром военных действий со всеми негативными последствиями. Нынешняя ситуация находится где-то посередине. Последовавшие за ноябрем 2015 года месяцы были шансом. В какой мере удалось им воспользоваться, тема для другого разговора.

 

Share

Comments are closed.