НПО и постамериканский мир


Анна ОГАНЯН
Доктор наук, профессор политологии
и международных отношений им. Ричарда Б. Финегана
Колледж Стонхилл, Массачусетс, США

 

Приливы 2016-й года принесли по обе стороны Атлантического океана Brexit и рост популизма в избирательных процессах. Эти развития привели к такому уникальному общественному дискурсу, как жесткие нападки на космополитизм и гуманитарные ценности. 2016-й останется в истории как значимый год водораздела, но он стал итогом течений, действовавших уже 20 лет.В 2016 году испытанию подверглись все – как старые и новые, так и малые и крупные демократии. Выдвинутый администрацией Трампа политический лозунг «Америка — прежде всего» бросил вызов мировому порядку, который строится на партнерстве США и Европы после Второй мировой войны. Хотя аналитики давно уже прогнозировали рост сопротивления порядкам, строящимся на лидерстве США и либеральных правилах, в первую очередь, со стороны набиравших силу государств и альтернативных моделей экономического развития, но избрание президентом Трампа и его политика «Америка — прежде всего» добавила новый механизм к этим вызовам: самосаботаж изнутри[1]. Насколько мировыми и насколько либеральными можно считать эти порядки? И насколько эти порядки упорядочены?

Это станет видно в ближайшие годы. Некоторые аналитики прогнозируют сегментацию мирового порядка, другие утверждают, что строящийся «многослойный» мир может быть не так плох (Acharya 2014). Джон Икенбери говорит, что либеральный мир стал жертвой собственного успеха[2]. Будучи выстроенным на открытой торговле, плюрализме, союзах, демократической солидарности и правах человека, либеральный мир-гегемон стал полезным многим странам и набравшим силу государствам, которые сейчас борются «за лучшее место за столом». Согласно данному аргументу, эти государства пытаются заполучить право более «мощного голоса» и представительства, а не уничтожить систему, которая способствовала их росту.

Предстоящие годы будут значимыми для НПО безотносительно того, сохранится ли культивированный на американской однополярности и опирающийся на либеральные ценности мир или нет, и какой он обретет вид. Отступление демократии по всему миру сыграет ключевую роль в вопросах обеспечения общественного участия и причастности общества к принятию государственных решений – и основополагающим инструментом этого являются общественные организации.

Эти развития, безусловно, полны возможностей и вызовов для мирового гражданского общества. Для более полного анализа роли НПО в мировой политике было бы полезно руководствоваться следующими критериями: 1. НПО как идея, нормативная рамка о том, какова должна быть жизнь, 2. НПО как организационная форма, которая характеризуется институциональной инфраструктурой и 3. НПО как механизм коллективной деятельности.

Первое: как идея и коллективная форма организации, НПО имеют более давнюю историю, чем система мирового управления. Большинство аналитиков считают конец Второй мировой войны стартовой точкой современной структуры мирового порядка, которая начала строиться на основе Бреттон-Вудсской системы.  НПО в свою очередь рассматриваются как придаток этой системы. Мы, однако, зачастую забываем, что в качестве идеи и метода коллективной организации НПО гораздо старее Бреттон-Вудской системы и даже Лиги наций. Например, вспомним об уникальной роли американских миссионеров в последние годы Османской империи: они пытались уменьшить людские страдания во время Геноцида армян. Восстановление подобной, более целостной картины может стать важным для понимания современной инфраструктуры гуманитарных НПО. В то историческое время в Соединенных Штатах были мобилизованы различные группы для помощи армянским общинам, поскольку на мировом уровне тогда не было серьезных инфраструктур, которые могли бы взять на себя эту роль (Balakian 2004; Watenpaugh 2015)[3]. Подобные яркие примеры организации на личностном уровне, даже более ранние, можно обнаружить в различных уголках мира, когда отдельные люди объединялись в группы или инициативы для решения сложных задач, которые игнорировались официальными правительственными структурами.

Второе: как форма организации НПО столкнутся с серьезными финансовыми ограничениями и снижением организационной поддержки. До сих пор гражданское общество, в частности НПО, играли существенную роль в укреплении институциональной базы либерализма и идеологических устремлений, а также в «открытии» мира. НПО, оказывающие посредничающие услуги, в частности, расширили административную доступность крупных международных организаций, умело связали их с целевыми группами. НПО, занимающиеся защитой интересов, стали ключевыми механизмами в деле реализации по всему миру договорных обязательств по защите прав человека. В то же время, НПО подвергались критике внутри стран и обвинялись в выдвижении скоропалительных решений проблем бедности и экономического неравенства. НПО, рассматриваемые как придатки международных организаций, которые укрепляют выстроенный на общих правилах мировой порядок, принимаются или подвергаются критике, как с мирового севера, так и юга.

Организационный вызов НПО связан с мировым правлением и правилами, основанными на миропорядке. Если все более проявляющийся в западных демократиях тренд на протекционизм и внутригосударственную централизацию продолжится, то мировой неправительственный сектор вынужден будет найти новые формы участия. В развивающемся мире брешей много, как в политике, так и экономике. И нужда в мировых НПО ощущается больше, чем когда-либо.

Третье: НПО как механизм коллективной деятельности –это та сфера, которая может возродиться в развивающемся мире, особенно, если западные демократии сократят свою поддержку тотальному распространению либерализма. В развивающемся мире рост местных НПО реален, и он воодушевляет. В развивающемся мире, особенно в посткоммунистической Евразии, инвестиции, сделанные после Холодной войны в сфере гражданского общества могут начать давать значимые плоды. В этом смысле общественная поддержка НПО-сектору, как и благоприятные налоговые реформы, которые могут способствовать росту меценатских инвестиций, являются обязательными условиями. И здесь беспокойство вызывает возрождение авторитарных трендов, как минимум в кратковременном разрезе, что может стать серьезным препятствием на пути прогресса НПО-сектора внутри стран.

Технологии и гражданская активность в цифровой век показали, что могут мобилизовать людей в различных уголках мира, хотя существуют различные исследовательские мнения об их устойчивом воздействии на гражданское вовлечение. Если государственные органы будут создавать проблемы для НПО-сектора, ярким примером чего является Россия, то это станет прецедентом для более активных уличных протестов, а в наш цифровой век они довольно влиятельны. Современный авторитаризм скоро поймет выгоды от сильного гражданского общества как устойчивого двигателя социальных перемен и реформ, с одной стороны, и как препятствия на пути революционных бунтов, с другой. По иронии судьбы во многих постсоветских странах НПО ассоциируются с уличными протестами и революционными переменами, часто безосновательно. Независимо от того, какие имеются позиции по этому вопросу, НПО будут незаменимы, если построенный на правилах порядок – региональный или мировой – сохранится и будет развиваться.

____________

[1]Данная мысль была изложена на конференции  International Studies Association в феврале 2017г, в Балтиморе, Мэриленд, США.

[2]https://www.washingtonpost.com/news/in-theory/wp/2016/01/27/american-leadership-is-in-crisis-but-the-world-order-is-not/?utm_term=.652f33d0efa7#comments

[3] Peter Balakian. 2004. The Burning Tigris: The Armenian Genocide and America’s Response. Harper Perennial.

Keith D. Watenpaugh. 2015. The Middle East and the Making of Modern Humanitarianism. University of California Press.

Share

Comments are closed.